Взрослая социальная сеть
Текстовая версия форума
Знакомства для секса Регистрация


Рассказы Anton-11

Текстовая версия форума: Общежитие прозы



Полная версия топика:
Рассказы Anton-11 -> Общежитие прозы


Страницы: [1]2

Anton-11
Хроника одного матча.

ГЛАВА 1.



Тропические ураганы свирепы, словно женский гнев, но коротки, как мужская ярость. Утром тайфун может превратить в руины большой город где-нибудь в Мексике, а вечером он бушует на тысячу километров южнее, в Аргентине, оставив на месте своего недавнего буйства солнце, сверкающее среди развалин и грязевых потоков. Но жизнь не заканчивается там, где еще недавно царил ветер, хаос и смерть. Схлынут воды, стихнет ветер, выйдут на улицы люди с метлами, лопатами, топорами, загрохочет гусеницами строительная техника, засияют чистотой улицы, исчезнут с лица земли разрушенные здания, а на их месте в короткие сроки возродятся новые. Через два месяца ничего уже не напоминает о пережитом недавно ужасе. Люди живут, работают, радуются, любят, ненавидят, сражаются.
Ураган «Сент Люси» пронесся над Чарлстуаном, задев городок, насчитывающий лишь едва четыре тысячи человек жителей, только самую малость. Всю ночь, утро и день, до позднего вечера хлестал ливень, ветер валил столбы, гнул деревья, переворачивал машины, штормовые волны перехлестывали через молы порта, каждую секунду грозя выбросить на берег хрупкие торговые баржи и рыбацкие трейлеры. Жители города прятались в своих домах, пережидали бурю в многочисленных местных барах, пабах, портовых трактирах и кафе, оживленно обсуждая с соседями, друзьями и коллегами лишь одно событие: состоится ли запланированный на субботу футбольный матч? Ведь из Лайю, второй столицы островной республики, приезжал один из лидеров чемпионата страны, дабы сразиться с местной командой. В матче должен решался вопрос – кто станет обладателем кубка страны. Даже ничья не устраивает хозяев, ибо при ничьей обладателем кубка страны станут их противники. Но они могли рассчитывать на победу: после травмы вышел из лазарета и приступил к тренировкам местная легенда – «Непробиваемый бык».
Жители искренне проклинали непогоду, поминали незлым тихим словом всех морских демонов, которые, по местным индейским поверьям, пакостили жителям побережий насылая на них непогоду. В единодушии, люди забыли об своих прежним разногласиях, обидах, связанных с цветом кожи, религиозными верованиями и прочими, такими ненужными никому условностями. Казалось, людское единение готово само переполниться через край, выплеснуться против природы.
И ураган отступил. Ветер стих так внезапно, что в первое мгновение люди поразились наступившей тишине. Капли дождя перестали стучать по окнам, но на улице по-прежнему стояла темнота. Горевший на городском маяке огонь пробежался по морю, затем луч лег на город: темнота, окутавшая город, была не столько последствием урагана, сколько следствием наступившей ночи. Вскоре, небо очистилось от туч, обнажив сияние серебряных россыпей звезд глубокой тропической ночи.
На следующее утро, жители организовали импровизированный субботник по уборке города. Целый день кипела работа на улицах. Забыта деловая жизнь, ни одно судно не вышло в этот день в море, замерли в ожидании местные банки, пивоварни, пекарни, закрыты школы, остановился завод. Даже фермеры из окрестных сел приехали в город, дабы помочь местным жителям.
Наибольшее внимание досталось местному стадиону. Редко когда-то хоть одно футбольное поле приводилось в такую чистоту и порядок, как в этот весенний день в Чарлстуане. Сотрудники стадиона и их добровольные помощники суетились вокруг кромок поля, словно пчелы, переругиваясь и мешая друг другу, натужно ревели тяжелые трактора, мелькали шустрые маленькие грузовички, в самый неподходящий момент ломались инструменты и техника. Но как бы там не было, к вечеру покрытие зеленело как от настоящей травы, были подправлены трибуны, отремонтировано табло, убраны принесенные ураганом горы мусора, поставлено освещение. Жители могли быть довольны своим трудом: все было готово к встрече гостей.
Вечером, когда все уже было закончено, жители разошлись по пабам, дабы отметить окончание славных трудов.
- Теперь мы покажем этим выскочкам из Лайю! - говорили жители друг другу за кружкой пива, и не было среди них того, кто бы не согласился с этим утверждением.

Это сообщение отредактировал Anton-11 - 04-07-2007 - 19:56
Anton-11
ГЛАВА 2.



В субботу город бурлил. Все гостиницы, спортивные и туристические базы, жилые номера в трактирах, частных коттеджах были заняты. Количество туристов, прибывших в город, во много раз превысило количество коренных жителей. Среди них были не только подданные английской королевы из Сент Винсента, но и жители многих соседних государств – Гренады, Барбадоса, Кюрасао, Сент Китса, Невиса и других островов.
Все билеты были проданы за неделю до начала матча. Те, кому не повезло разжиться билетиком, рассчитывали занять удобное местечко в одном из пабов, возле огромного телеэкрана, а если уж совсем не повезет, то оставался шанс посмотреть матч, взобравшись на одну из многочисленных пальм, в изобилии росших вокруг стадиона.
Футболисты из Лайю прибыл в Чарлстуан на прогулочном теплоходе в четверг вечером.
Едва судно пришвартовалось у пристани и футболисты принялись спускаться по трапу на берег, как у причалов собралась приличная толпа. Мигом весть о прибытии команды-соперника облетела весь город, народ все пребывал, напирая и грозя столкнуть гостей в море.
- Эгей! Славься! – неслось отовсюду на многих местных наречий одно из индейских приветствий, получивших распространение на Сент Винсент.
Полицейские с трудом сдерживали бушующее людское море. Некоторым жителям удалось прорваться сквозь полицейский заслон и, несмотря на то, что намерения у них были самые добрые, дело могло закончиться трагедией, не вмешайся в события мэр.
- Жители Чарлстуана!!! - гремел громкоговоритель голосом городского чиновника. - Пропустите гостей!!! У Вас будет еще возможность поближе познакомиться с ними поближе!!!
Помогли ли слова мэра, сыграл ли здравый смысл самих горожан, но футболисты прошли сквозь ликующую толпу без труда.
Поселились гости на спортивной базе стадиона. Утром следующего дня команда провела открытую тренировку и спарринг, посмотреть который сбежалась полгорода. Многие, рассчитывавшие увидеть тренировку соперников вечером или в субботу утром, были вынуждены вернуться домой разочарованными: стадион охранялся силами полиции и посторонних на него не пускали.
И вот наступил желанный час. Десятитысячный стадион Чарлстуана был забит до отказа, зрители стояли даже в проходах и у беговых дорожек. На трибунах колыхались разноцветные флаги, воздух сотрясали трели дудок, свистков и других музыкальных инструментов, грохот салютных установок порою перекрывал людской гомон.
Команды-соперники появились на поле одновременно из двух проходов под трибунами, расположенных друг напротив друга. Шум и гам на стадионе сразу стих.
- Ну, с богом, - сказал тренеры обеих команд, словно сговорившись. – Вперед ребята!
Команды вышли на поле – гости в футболках красного цвета, хозяева – в желто-голубых, – капитаны пожали друг другу руки и арбитру. Судья достал из кармана монетку и выжидающе посмотрел на капитанов команд.
- Орел, - сказал капитан гостей.
- Решка! – воскликнул капитан хозяев.
Взвилась в воздух монета, перевернулась и снова упала на ладонь арбитру. Судья прихлопнул монету, словно муху, перевернул руку и разжал ладонь.
- Орел! – воскликнули одновременно капитаны и арбитр.
Гостям предстояло начинать этот матч первым ударом по мячу.
- По местами, - сказал арбитр, обращаясь к капитанам.
Вратари заняли места в воротах, игроки окружили центральный круг. Арбитр поставил мяч в центре поле, обменялся кивками с капитанами: матч можно было начинать. Двое игроков гостей - Энди Боб, центральный полузащитник, главный исполнитель стандартов у команды, и нападающий Рудольф Оливер – старейший в команде игрок и один из лучших бомбардиров чемпионата, - заняли место у мяча.
Залился трелью судейский свисток, Энди Боб ударил по мячу. Матч начался.
Anton-11
ГЛАВА 3



Удача отвернулась от команды в багровых футболках в тот день.
Обманным движением, показав, что собирается сыграть в пас с Рудольфом, Энди достаточно неожиданно навесил на правый фланг. Защитники не ожидали такого финта, на мгновение потеряв из виду Майкла Адамса, правого инсайда гостей. Вынырнув из-за их спин, пятнадцатый номер гостей принял мяч и рванулся вперед. Легко обыграв защитника, попытавшегося остановить его, Майкл промчался с мячом десяток метров и на мгновение остановился, осматривая поле.
Чуть сзади него пыхтели приближающиеся защитники, впереди сместились к краю еще несколько противников. Один против стольких – такое единоборство довольно бессмысленно. Но вот впереди, прямо по центру, набегает Рудольф Оливер, а чуть дальше, по левому флангу смещается Роман Вирен, левый инсайд, выходя на ударную позицию. Обоих его товарищей защита хозяев откровенно проворонила, оставив без присмотра.
Майкл пасует, мяч перелетает через набегающих противников. Рудольф выбегает в направлении паса, оставив защитников позади, боковой арбитр показывает – офсайда нет. Мяч попадает прямо на ногу нападающему, центхав бьет по воротам без обработки. И не попадает по воротам: вратарь показывает невероятный сейв, забирая мяч.
Нет, не зря прозвали его «Непробиваемым быком», не зря. Могучий, двухметровый громила, казалось малоподвижный из-за своих размеров, он, тем не менее, был национальным героем Сент Винсента – в двадцать два года, за шесть лет карьеры в футболе, он не пропустил ни одного мяча! Как это не вероятно, но никому и никогда не удавалось пробить его. Ни выходом один на один, ни с пенальти, ни со штрафного или углового, ни одному нападающему не удалось поразить ворота, пока в них стоял «Бык».
Много раз его приглашали в крупнейшие клубы мира. В «Челси», в «Марсель», «Барселону», «Селтик, «МЮ» - счету им не было числа. И каждый раз он отказывался, не объясняя причин, оставаясь верным своему клубу.
Атакуют и прессингуют нападающие гостей, раз за разом создавая опасные моменты у ворот хозяев. Но надежно стоит оборона команды-хозяев, отбивая атаку за атакой, а там где ошибаются защитники – там вступает в игру надежный «Непробиваемый бык». И желто-голубые футболки наказывает соперника за неосторожность.
Главный принцип футбола – не забиваешь ты, забивают тебе. Гости, увлекшись атакой, пропустили контратаку хозяев: вынырнув из-за спин соперника, вперед вырывается хавбек с номером 14 на спине. Набирая скорость, он рвется к штрафной, впереди лишь вратарь и защитник. Но все-таки ему уйти не удается: по пятам его преследует третий номер гостей. Подкат, мяч выбит, но звучит свисток судьи – нарушение. Защитник Роберт МакДауэл разводит руками – арбитр достает из кармана и показывает ему желтую карточку за грубую игру. Трибуны взрываются, требуя удаления защитника за грубость, но судья не умолим: удалять игрока не за что.
Защита гостей выставляет стенку – футболисты в желто-голубых футболках бьют штрафной. Теперь очередь Ричмонда Альвареса, штатного штрафника хозяев показать класс. И он показывает его, бьет почти без разбега, мяч летит над стенкой, закручиваясь на дальний, казалось, недоступный для вратаря угол. Но и Уильям, вратарь гостей, не зря отстоял в рамке десять лет: мяч от его рук уходит на угловой.
От флажка разыгрывают быстро, мяч летит в штрафную. Кто-то бьет по воротам, мяч попадает в перекладину. Еще удар, и снова потрясающий сейф Уильяма, и опять угловой. Снова подача, вратарь опережает и своих игроков, и чужих, мяч покидает штрафную.
Оборона гостей трещит по швам, снова следует сильный удар. Уильям отводим угрозу воротам, пытается удержать мяч, но скользкая сфера выскальзывает у него из рук. Распластавшись на земле, он пытается дотянуться до мяча, но нападающий соперника первый успевает на добивание.
- ГООООООЛ!!!! – ревут трибуны.
Взлетают в воздух ракеты, фейверки, гудят свистки, дудки, гремят барабаны. Зрители радуются забитому мячу со всей страстью, присущей латиноамериканскому темпераменту. Гости, ошеломленные пропущенным мячом, устанавливают мяч в центре поля и вяло разыгрывают. До конца первого тайма остаются минуты, игроки в багровых футболках перепасовываются, доигрывая тайм. Но судья не дремлет, и вот уже Майкл Адамс получает очередную желтую карточку за затяжку времени. Пробивает штрафной, но неточно – Уильям легко забирает мяч. Звучит свисток, возвещая об окончании первого тайма, и команды уходят в раздевалку.
Anton-11
Глава 4.



- Ничего, ребята, - сказал тренер из Лайи своим ребятам в перерыве в раздевалке. – Игра еще не сыграна.
Футболисты уныло смотрели на своего шефа.
- Конечно, они неплохо играют, но и «Бык» тоже человек, - продолжал тренер, бывший в недавнем прошлом прекраснейшим опорником. – И ему суждено ошибаться. Особенно…, - тут он понизил голос, боясь, как бы его подслушают, и сделал приглашающий жест игрокам приблизиться к нему. Дождавшись, когда игроки склоняться над маленьким столиком, он также тихо продолжил. – Особенно он часто ошибается при атаке с флангов…Твой удар с фланга, Энди, он потянул, но...
Энди удивленно посмотрел на тренера.
- Вот, посмотрите, что мы сделаем, - продолжил тот тем временем, не обращая внимания на удивленные взгляды игроков.
Команда снова склонилась над столиком.
Через минут десять хрипло каркнул репродуктор:
- Команды на поле!
Соперники вынырнули из подтрибунного прохода, рассыпалась по полю. Зазвучал свисток, начался второй тайм.
Гости, казалось, восприняли духом после перерыва. Рудольф и Энди умело оттянули на себя центр хозяев, несколько раз проверив на прочность «Быка». Тот умело отбил атаки. Защитники с флангов хозяев подтянулись, Энди умело воспользовался этим, в касание сыграв с Майклом.
Противники одного из удачливых плеймекеров страны умело взяли его в опеку. Но Майкл и не собирался играть в обводку или пасовать набегавшему по центру Фреди. Он просто навесил через все поле, на правого инсайда. Тот тоже не стал раздумывать, с ходу переправил мяч на свободного Яна Ричардсона, одного из лучших нападающих страны, одинаково хорошо играющего и по центру, и на флангах. Удар, от гула звенит штанга, круглый ушел в небо. «Бык» с трудом дотянувшийся до мяч, зачаровано смотрит на уходящую в сторону трибун сферу. Футболисты в желто-голубых футболках переводят дух.
И все же, они быстро справились со своей минутной слабостью. Последовала быстрая контратака, удар в створ ворот и… И все. Круглого забрал к себе Уильям. Это была последняя атака хозяев в матче.
Гости играли все лучше и лучше, овладев центром поля. Каждая их атака тщательно организовывалась, подготавливалась и исполнялась. Били гости по воротам не так уже и часто, но каждый раз трибуны замирали, в ожидании худшего. Плыли минуты, чуда не происходило, на огромном механическом табло счет оставался прежним.
Стрелка на часах стадиона начали отсчет последней минуты основного времени матча. Судья поглядывал на свой хронометр, прикидывая – сколько еще добавить, затем перевел взгляд на бокового арбитра. Тот кивнул и поднял вверх табло, показав две минуты.
Хозяева откровенно расслабились: играть всего ничего, счет можно без труда удержать. Майк Ричардсон, полузащитник хозяев, легко отобрал в подкате мяч у Фердинанда Оки, четырнадцатого номера гостей, вышедшего на замену несколько минут назад. Обернувшись вокруг себя, уходя от опеки полузащитника, он рванулся вперед, но, чувствуя за спиной набегающего соперника, передал пас в середину поля. Еще один полузащитник хозяев пытается дотянуться до мяча, но не сумел обработать его и вот уже МакДауэл, защитник гостей, овладевает мячом.
Отбежав на десяток метров, МакДауэл, почти не глядя, навешивает мяч на Рудольфа единственного свободного игрока. Тот, неожиданно выбежав из-за спины защитников, оказывается один на один перед воротами.
- Давай!!! – орет с технической зоны тренер гостей игроку, не заметив, что выскочил почти на самое поле. – Влево бей!!! Влево!!!
Но тот не слышит его, увлекшись атакой. Чем бы закончилось единоборство – неизвестно, но добежать атакующему полузащитнику до штрафной не дали. Удар по ногам, Рудольф теряет мяч и падает, взвыв от боли.
- Пшел вон с поля! – рявкнул подбежавший судья защитнику хозяев, достав из нагрудного кармана красную карточку.
Трибуны взревели, недовольные решением судьи, полицейские и гвардейцы, охранявшие стадион, с трудом сдерживали толпу, угощая наиболее горячих ударами резиновых палок.
Защитник что-то заговорил скороговоркой, нависнув нам маленьким арбитром. Но тот тоже оказался не мальчиком для битья. Резко оттолкнув игрока так, что тот едва не упал, судья взревел.
- Вон, молокосос! Vete por la pinga!!!*
Игроки обступили защитника-буяна, не дав стычке перерасти в драку. Что-то сказал ему на ухо капитан, защитник мерзко выругался и расталкивай как своих, так и чужих, бормоча себе что-то под нос, направился к подтрибунному проходу.
Судья, вместе с несколькими игроками гостей и капитаном хозяев склонились над упавшим игроком.
- Как ты? – спросил арбитр.
- Ничего, уже нормально, - ответил тот, пытаясь встать. На ногах у него распухает огромная гематома.
Но судья не дает ему подняться.
- И не думай даже, - говорит он и дает сигнал врачебной бригаде.
Врачи с носилками выбегают на поле, выносят на беговую дорожку. Склонившись над ним, они оказывает ему первую помощь.
Тем временем, мяч установлен на месте, откуда должен пробиваться штрафной, защитники расставили стенку. Энди Боб, подойдя к мячу, внимательным взглядом осмотрел поле, оценивая ситуацию. До ворот метров двадцать, острый угол, то о чем говорил тренер.
Тут его взгляд упал на секундную стрелку, глаза расширились: дополнительное время истекло. Сразу после розыгрыша стандарта судья даст финальный свисток. Если забивать, то прямо сейчас, одним единственным ударом. Энди внимательно посмотрел в глаза «Быку», откуда-то сбоку залился трелью свисток арбитра. Энди ударил коротко и без разбега, неожиданно для всех, мяч шмыгнул между ног замерших защитников.
«Бык» с усмешкой встретил взгляд своего давнего друга и соперника еще по школе. Много они пережили вместе в спортивном юношеском колледже, пока судьба не развела их по разным командам. На протяжении этих шести лет они оставались друзьями за полем, превращаясь во врагов во всем, что касалось футбола. Шесть лет противостояния двух гениев – вратарского гения и гения игрока – превратило их дружбу в специфические отношения, когда принцип становился превыше всего. И «Бык» чувствовал и понимал своего друга, как никого другого.
И именно это предчувствие помогло ему угадать направление удара. Мяч шел низом, «Бык» не видел его, но почувствовал шестым чувством. Удар был очень сильным, взять его «Непробиваемому» не удалось, он только сумел отбить мяч в сторону. И все было бы хорошо, мяч вылетел бы далеко в поле, не окажись на пути «пятнистого» свой же защитник. Тот не успел среагировать на удар, мяч ударился в его ногу, и тщетно пытающийся встать «Бык» с ужасом наблюдал как мяч пересекает линию ворот…


* - Vete por la pinga!!! – Грубое испанское ругательство.
Anton-11

ЛАБИРИНТ.

ГЛАВА 1.

В конце марта в Авалон вернулась, наконец-то, долгожданная весна. Сугробы, еще недавно сверкавшие ослепительной белизной, потемнели, уменьшились, грязные ручейки побежали по ложбинкам и оврагам. На реках и проточных озерах по-летнему жаркое солнце и быстрое течение взломали тонкий лед, воды вышли из берегов, затопив близлежащие деревни. Через несколько дней пошел сильнейший ливень, таяние снегов ускорилось, вызвав сильнейший потоп. Дороги размыло окончательно, превратив их в непроходимое болото, торговцы, снующие с товарами между Авалоном и Альбинаром, местные рыцари, объезжающие дозором свои владения, бродячие ремесленники, скоморохи, циркачи и прочий люд, в изобилии шастающие в этих краях, попрятались, пережидая непогоду, в трактирах. Различный люд, расположившийся за крепкими дубовыми столами в окружении тарелок и кружек, на все лады проклинал потоп, бесчинства разбойников на дорогах, обсуждал планы на ближайшую посевную, цены на различные товары и потребляя пиво в неограниченных количествах.
Крепкий мужчина, одетый в длинный выцветший зеленый плащ, из под пол которого выглядывал кончик короткого меча, кольчужные поножи, краешек пластинчатого доспеха и высокие сапоги, с накинутым на голову капюшоном, скрывающий его лицо, натянул поводья. Пегая лошадь послушно замерла, пропуская телегу, запряженную парой волов, двигающуюся на встречу всаднику. Четверо крестьян, обляпанных грязью с ног до головы, проклиная все на свете и своего властителя, помогали медлительным быкам изо всех сил, толкая телегу, доверху груженую свежевыловленной рыбой. Повозка то и дело норовила застрять в очередной яме на разбитой непогодой и таяньем снегом дороге, людям и животным приходилось нелегко, они выбились из сил, спеша доставить груз сумасбродному мелкопоместному рыцарю, чей маленький деревянный замок возвышался на холме неподалеку. Мужчина посмотрел на крепость, потом снова на крестьян, пытающихся вытащить телегу из очередной ямы. Под капюшоном блеснули злые глаза, затем воин снова перевел взгляд на форт.
Несколько недель он провел вместе с отрядом своих людей в северных лесах, гоняясь за шайкой подонков, осмелившихся напасть на его замок. Атака на крепость была легко отбита гарнизоном, разъяренные бандиты удалились, предпочтя искать более легкую и доступную цель. Рыцарь, быть может, и не стал преследовать их, но разбойники сожгли в отместку несговорчивому сеньору пару деревень и церковь Мирзе, поставленную его дедом. Этого рыцарь стерпеть не мог. Собрав отряд легкой пехоты, более подвижной и боеспособной на поле боя зимой, он бросился за ними в погоню. Разбойники, не ожидавшие, что рыцарь рискнет отправиться за ними в погоню, тем более зимой, предпочли двинуться на север, грабя и сжигая на своем пути маленькие деревеньки. Двигались они быстро, сеньору удалось нагнать их только через неделю. Последовала короткая хватка, разбойники были разбиты, а их тела разбросаны по лесу на съедение волкам. Отпустив дружину домой, рыцарь же отправился в Туварн: там должен был состояться зимний рыцарский турнир, да и кое какие дела надо было решить ему в этом отдаленном форпосте Авалона.
Турнир прошел на славу, дела тоже решены удачно, хотя для этого рыцарю пришлось проделать несколько раз долгий и утомительный путь между Туварном и Авалоном. На исходе зимы он отправился, наконец-то, домой. И вот тебе незадача, угодило же его попасть в весеннюю распутицу на полпути к дому.
Рыцарь отвел взгляд от замка. От сильной усталости ныло тело, сказывались прелести трудного пути, стычки с разбойниками, мужчина полжизни отдал бы за теплую постель и нормальный, сытный ужин. Ночевки в чистом поле под проливным дождем ему жутко надоели, а останавливаться в замке мелкопоместного дворянчика ему не очень хотелось. До Авалона оставалось еще два дня пути, потоп спадет ой как не скоро. Рыцарь посмотрел на запад, затем еще раз бросил взгляд на уже проехавшую мимо, но по-прежнему увязающую в грязи телегу, и тронул лошадь шпорами в бок. Пегая затрясла головой, затем подняла голову и неторопливо переступая ногами в грязи, двинулась к виднеющимся за дождевой дымкой сторожевым башням Шильна.
Через час мужчина достиг маленького торгового форпоста, главного в посреднической торговле на юге с троллями. О состоянии взаимоотношений между цивилизованным обществом и варварами юга можно было судить хотя бы по тому, что число жителей городка едва составляло пять сотен человек. Жители поселения поставляли дикарям медь и олово, получая взамен мед, воск и шкуры. Сотня каменных домов расположились на двух, вымощенных камнем, улицах, соединенных между собой между узкими переулками и упиравшихся в небольшую площадь. На самой площади виднелась двухэтажная бревенчатая ратуша, кузница и кабачок, владельцем которого, по слухам, был сам мер.
Проехав по главной улице фактории, рыцарь свернул в проулок, к единственному в городе постоялому двору. Мальчишка-слуга, встретивший рыцаря у порога гостиницы, подхватил лошадь за узды. Мужчина спрыгнул с коня, всучил посыльному медную монетку, мальчишка быстро увел пегого в конюшню. Мужчина толкнул двухстворчатую дверь и вошел внутрь гостиницы.
Хоть и бывал рыцарь в Шильне редко, хозяин постоялого двора знал его. Заметив его, он быстро поспешил навстречу гостю.
- Здравствуйте, глубокоуважаемый лир, - зашелестел толстяк, низко кланяясь.
За подобную бестактность, любой, самый мелкий потомственный дворянчик, даже без надела, прикончил бы содержателя трактира без разговоров – перед именем дворянина, занесенного в родовые книги, обязательно ставилась приставка «лир». Вошедший же воин, хотя и владел замком и землями, был обладателем титула «рыцарь», самого низшего дворянского звания, не передававшегося по наследству и данная приставка к его имени не полагалась. Остальные обладатели пышных титулов ни в грош не ставили простых рыцарей, считая их чем-то, немногим большим, чем простолюдин. Конечно, сами «низшие» прекрасно знали об этом, большинство из них обладали своими представлениями о чести, копьем, мечом или боевым топором они владели гораздо лучше, вспыльчивый нрав простых рыцарей вошел в поговорку и не один «знатный» сеньор закончил свой жизненный путь на их турнирном копье. Трактирщик понял, что сказал глупость и склонился еще ниже, заметив, как опасно блеснули глаза гостя, а рука легла на рукоять меча, весьма кстати появившуюся из под плаща.
– Простите, глубокоуважаемый, за мою бестактность, - льстиво зашелестел хозяин, стараясь сгладить свою оплошность. – Ваш номер готов всегда для Вас… Людей сегодня – не протолкнуться. Все шумят, все пьют! Этот потоп застал здесь тьму народу! Хе-хе-хе… Они теперь в Авалон точно не попадут, пока воды не схлынут…
Почтенный трактирщик продолжал говорить, но мужчина его уже не слушал. Шильн не был особо людным местом, на постоялом дворе останавливались лишь шахтеры, шедшие в Авалон с местных месторождений да случайный путник, задержавшийся в дороге. Городок был не очень богат, и трактирщик еле сводил концы с концами, для него подобное нашествие людей было даром божьим.
- Вот, прошу Вас, - сказал содержатель постоялого двора, толкая дверь в номер. – Сейчас слуги принесут Вам ужин, согреют воду…
Трактирщик, кланяясь, удалился, закрыв дверь. Мужчина скинул промокший плащ, повесил его возле очага и склонился над пылающими поленьями, протянув к нему руки: вечер и день выдались очень холодными. Приятное тепло пробежало по телу мужчины, он постоял несколько минут, затем выпрямился, потянулся. Стянув сапоги, он так же поставил их у огня. Сил снимать кольчугу не было и рыцарь повалился на кровать…

Это сообщение отредактировал Anton-11 - 04-07-2007 - 19:54
Anton-11
ГЛАВА 2

Мужчина въехал в Авалон через три недели. Паводок спал, хоть вода в реках еще полностью не вернулась в берега, зазеленела трава, распустились почки на деревьях. Рыцарь очень спешил, показывая на еще мокрой и грязной дороге чудеса ловкости. Конь хрипел, недовольно фыркал, но уже к вечеру мужчина въехал в город.
Предчувствие гнало его дальше, по узким городским улицам, распугивая честных жителей. Влетев на подворье одной из таверн, мужчина бросил поводья слуге и влетел в трактир. Народу в зале было немного, рыцарь сразу увидел того, кого искал. Аккуратно ступая, он подошел к сидевшей в одиночестве девушке.
- Ты ступаешь как слон, - неожиданно сказала незнакомка. Круто повернувшись на кресле-качалке, девушка недовольно сверкнула глазами. – Тебя услышал бы даже глухой… И ты задержался…
Девушка вскочила, обняла мужчину, веселые огоньки зажглись в ее глазах.
- Небось, не скучал без меня, а?
- Конечно, не скучал, - притворно вздохнув, ответил мужчина. – Я просто был в ярости! Я не мог дождаться нашей встречи!
Он подхватил девушку на руки, от неожиданности та вскрикнула. Оттолкнув стол, он понес ее на второй этаж…
Следующим утром, за завтраком в своем номере, парочка обмениваясь впечатлениями, рассказывая о произошедшем за три месяца, о том, что не было сказано в скупых строчках писем.
- Замок наш обветшал совсем, - закончила девушка рассказ о произошедшем за это время. – Весенняя распутица подточила башни, да и стену пора поправить, а то кладка сыпется. Тех денег, что тебе дали за победу в рыцарском турнире, да в помощь за дела наши на побережье…, - тут девушка многозначительно посмотрела на мужчину, - хватило только отстроить церковь и деревни, кое-как залатать дыры, проделанные в стенах при нападении, да немного укрепить башни. Но на хороший ремонт денег нет.
- А подати? – спросил рыцарь. – А лаборатория и кузня?
- Их едва хватает на повседневные траты, сам знаешь…
Мужчина понимающе кивнул: девушка была права. Ренту им должны были выплатить не раньше августа-сентября, торговля зимой замирала, лишь единичные караваны рисковали отправляться в путь по опасным зимним дорогам, дорожные подати, собираемые каждым рыцарем за проезд по своим землям, резко снижались. Запасы трав и металлов для лаборатории и кузни к весне подходили к концу, доставка новых стоила больших денег, большей частью мастерские работали на удовлетворение их собственных потребностей да выполнение особо важных заказов, доходов весной они приносили немного. Сейчас, конечно, поставки возобновятся, благо торговые связи они наработали немалые, не стесняясь презрительного шепота за своей спиной среди прочих титулованных, осуждающе относившихся к недостойному для дворянина занятию – торговле. Да и опыт длительной походной жизни был у обоих немаленький, они сами могли бы отправиться добывать необходимое. Вот только, подобный поход требовал времени, еще большего времени нужно было на изготовление доспехов и лечебных снадобий, а деньги для ремонта замка нужны были сейчас.
- Сколько надо для ремонта денег? – спросил мужчина.
- Семьсот – восемьсот дукатов, - ответила девушка.
Мужчина встал, подошел к окну. На узкой улочке сновали нищие, куда-то спешил вечно озабоченный рабочий люд, торговцы расхваливали разложенный на мостовой товар, из кузницы, расположившейся неподалеку, доносился грохот молота, несколько прохожих выясняли отношения прямо под окнами, их крик перекрывал шум городских трущоб. Вдали, в центре города, за торговыми и ремесленными кварталами, виднелись остроконечные шпили храмов, сферическая крыша городской ратуши, а за нею…
- И не думай даже, - сказал девушка, прислоняясь к мужчине.
- Нет выбора, - ответил рыцарь. – Я не хочу, что бы обо мне пошли слухи, что я не состоятелен.
Девушка понимающе кивнула, ибо понимала возлюбленного: для него честь была превыше всего. Смерть не смоет бесчестия, она лишь покажет, что у тебя не хватило сил преодолеть трудности, которые выпали на твоем пути.
- Оставайся тут, - сказал рыцарь. – Я постараюсь вернуться к вечеру.
- Будь осторожен, милый, - девушка прильнула к нему.
- Постараюсь, - улыбнулся мужчина.
Надев кольчугу, подцепив на пояс меч и бич, мужчина поцеловал девушку и вышел на улицу.
Ловко избежав встречи с несколькими неприглядными личностями, так и норовившими поинтересоваться содержимым его кошелька, он нырнул в малоприметный переулок. В другое время он, конечно, и сам бы был не прочь затеять драку с уличным ворьем, благо за исход оной мужчина не сомневался. Да и распустилась слишком в последнее время всякая мразь, городская стража явно не справлялась со своей работой. Но ввязаться в драку сейчас, означало привлечь к себе ненужное внимание, потерять массу драгоценного времени. Возможно, он мог даже получить в стычке рану, а это повлекло бы для него крайне нежелательные последствия.
Свернув в очередной проулок, мужчина остановился возле уютного домика, утопающего в цветах сакуры. Дом был окружен сплошной каменной стеной, высотой около пяти метров, по углам виднелись сторожевые башни. Стена была сплошной, не единой щели не было видно в каменной кладке. Но воина это не смутило, он легко толкнул в какую-то ему одну известную точку, в стене появился вход. Мужчина сделал шаг вперед, стена сомкнулась за ним.
- Я пришел за своими вещами, - сказал он выросшему перед ним темнокожему и красноглазому эльфу. – Они готовы?
Эльф-кузнец молча склонил голову, затем сделал жест к кузнечному столу, стоявшему неподалеку. На нем заблестело что-то, затем свет померк.
- Мы сделали свою работу, - сказал темный эльф, - теперь твой черед выполнить свое обещание.
Рыцарь ничего не ответил, лишь склонил голову, подтверждая, что его обязательство остается в силе. Эльф тоже кивнул – обещание, данное собеседником, стоило дороже всего золота – и отошел в сторону. Рыцарь поднял со стола кольчугу очень тонкой работы, но необычайно прочную, посмотрел на свет. Солнечные блики заиграли на серебристых чешуйках, голубоватое сияние отразилось от защитного доспеха. Мужчина удовлетворенно кивнул, затем пропустил сквозь пальцы серебристые поножи, такие же легкие, но способные остановить удар саблей. Легкий шлем и меч, с клинком длинной в полтора локтя*, он уже не проверял, просто нацепив их на себя..
- Где я могу оставить свои вещи на время своего путешествия? – спросил мужчина эльфа.
Тот кивнул в сторону небольшой пристройки к кузне (которая, кстати, больше походила на маленькую крепость). Последовал короткий ответный кивок, мужчина скрылся в пристройке.
Минут через десять он снова появился, облаченный в новые доспехи. Выполнив замысловатый пируэт, изображавший эльфийский поклон, воин разразился длительным витиеватым прощанием. Эльф слегка улыбался, слушая многозначительные эльфийские обороты, звучавшие несколько грубовато в устах солдата, привыкшего больше материться на поле боя, чем вести задушевные беседы.
- До скорейшей встречи, Граалевирд, - закончив прощальную речь, мужчина поклонился.
Эльф подал приятелю руку ладонью вверх.
- До скорой встречи, - сказал он, пожимая руку старому приятелю.
Мужчина пожал руку эльфу, затем направился в сторону забора. Снова открылся проем в стене, а затем закрылся, едва гость пересек невидимую человеческим глазом черту.
- До встречи, - едва слышно проговорил темный представитель лесного народа, глядя человеку в след. – Если ты доживешь до нее…
Зевнув, тот, кого рыцарь назвал Граалевирд, повернулся, окликнул рослого помощника, довольно бесцеремонно наблюдавшему за встречей, и направился к кузнице.
Anton-11
ГЛАВА 3.

Лабиринт был создан около двухсот лет назад магами местной гильдии для каких-то, одних им известных, экспериментов. Император, заинтересованный в сотрудничестве с магами и крайне нуждающийся в их услугах, без раздумий выделил для строительства самый лучший участок земли далеко за пределами города. Маги не стали терять времени зря и за десять лет отгрохали достаточно величественное здание, мощную крепость с толстыми стенами, выстой не меньше пяти метров, с шестью сторожевыми башнями, а в центре расположился донжон, отчетливо видимый даже с очень большого расстояния. По ночам за сотни километров виднелись сполохи разноцветных вспышек, словно молнии, бившие от главной башни в ночное небо. Среди людей поползли упорные слухи, что маги ищут что-то под землей, врываясь глубоко в подземных гротах и пещерах. Поговаривали, что чародеи изрыли своими туннелями, ведущими от их цитадели, чуть ли не половину империи, охочие до досужих вымыслов обыватели даже дали прозвище крепости – Лабиринт. Соответствовали ли эти слухи действительности или нет, но о том, что на самом деле твориться в крепости магов не знал никто, кроме императора, а любые попытки узнать, что же на самом деле происходило там, жестко пресекалось.
Авалон, расположенный на перекрестке многих торговых трасс, быстро рос и развивался. Через сотню лет цитадель магов, располагавшаяся далеко за городом, оказалась сначала на городской окраине, а затем, словно по мановению неведомого волшебства, заняла почетное место в одном из центральных районов столицы. Многие знатные синьоры из других стран специально приезжали в Авалон, дабы самим увидеть это величественное творение. Предприимчивые маги, за немаленькую плату, охотно показывали желающим чертежи планов крепости, раздавали советы по строительству и обустройству подобных замков, но внутрь по-прежнему никого не пускали.
Ситуация изменилась сорок лет назад. В одну из ясных ночей над донжоном вдруг вспыхнуло яркое сияние, осветившее город, словно солнце в жаркий летний полдень. Следом за вспышкой последовал грохот, и донжон исчез в тучах пыли. Перепуганные до последней степени жители высыпали на улицу. Перед их глазами предстало странное зрелище: над цитаделью магов возникло какое-то странное, призрачное существо, похожее на демона, несколько мгновений поколебалось над зданием и также внезапно исчезло.
В ту же ночь маги стремительно покинули не только свой замок, но и город. Никто так и не узнал, что же произошло, в столице поползли слухи – один страшнее другого. Несколько самых отчаянных головорезов решились проникнуть в Лабиринт, и самое странное – им это удалось. Весть об этом быстро облетела весь Авалон, повальное бегство жителей из столицы прекратилось, город замер в напряженном ожидании возвращения смельчаков.
И они вернулись. Вернулись на следующее утро, попри все ожидания и сплетни. Вернулись только четверо из двух десятков, отправившихся в неизвестное. Смельчаков быстро растащили по трактирам, в огромных залах кабаков набилось столько народу, что яблоку не было где упасть. Жители внимательно слушали рассказы выживших воинов об их путешествии. А послушать было что…
Слухи, ходившие по Авалону, оказались верны: Лабиринт действительно был, большей частью, подземным, а не надземным сооружением. Всего воины насчитали под землей четыре уровня, каждый из которых был изрыт множеством различных ходов, простиравшимся на десятки и сотни километров во всех направлениях. И эти проходы кишели самыми разнообразными тварями, дикими порождениями вечного мрака и местных магов. Существа эти, питаясь плотью живых существ, охотились друг за другом и за любым смельчаком, рискнувшим проникнуть во тьму Запретной Цитадели. Обладая разумом, не дюжей силой, зачатками магии перевоплощения, эти монстры были трудно уязвимы для обычного оружия, и все же, не смотря на всю мощь, их можно было убить. Можно и нужно, ибо Лабиринт был неистощимым кладезем знаний и сокровищ, отчаянный искатель приключений, при определенной доли везения, мог баснословно разбогатеть в считанные часы. В доказательство своих слов, рассказчики показывали внимательным слушателям огромные неграненые алмазы, стоимостью никак не меньше пары сотен дукатов каждый, а ведь в Лабиринте были и другие сокровища, дожидавшиеся своего часа.
Волна алчности захлестнула Авалон: теперь каждый, кто хоть немного владел (или считал, что владеет), оружием, старался проникнуть в Лабиринт, в надежде разбогатеть. Многие из них не вернулись, навсегда сгинув в неизвестности, выбраться удалось лишь единицам, но это не останавливало ни самих вернувшихся, ни новых охотников за удачей. Так продолжалось несколько месяцев, пока, наконец-то, до императора и его окружения не дошло, что при таком количестве жаждущих попасть в Запретную Цитадель и таких темпах смертности, он скоро останется без подданных. Да и сокровища Лабиринта куда лучше смотрелись бы в его сокровищнице, а не в частных коллекциях.
В один из дней, имперская стража оцепила Лабиринт, замуровала все входы и выходы и объявила его собственностью короны. Отряды гвардейцев прочесывали Лабиринт в поисках утерянных знаний и сокровищ, проникнуть в Лабиринт стало намного сложнее, Запретная Цитадель, как теперь называли его, охранялся очень строго, а входов в него было теперь только три. Поток посетителей Лабиринта снизился: гвардейцы не зря считались лучшими бойцами во всей Ойкумены. И все же, охотники за удачей не перевелись полностью, периодически самые отъявленные из них вступали в бой со стражами Лабиринта. Иногда им не везло, тело повешенного долго напоминало остальным жаждущим славы о том, что их ждет, если они рискнут проникнуть туда, куда посторонним не было доступа. Но, иногда, хитростью или с боем наиболее удачливый проникал в Цитадель, и, как правило, возвращался назад, ибо обмануть гвардию было само по себе испытанием на сообразительность, позволяющей выкрутиться из самых сложных передряг.
И вот сейчас, замерев в кустах, мужчина ждал. Двоим гвардейцам, стоявшим на страже у входа в Лабиринт, откровенно надоело стоять на солнцепеке. Без всякого зазрения совести горе-вояки перебрались под раскидистое дерево неподалеку от свого поста, расположившись под ним в ожидании смены.
Мужчина перевел взгляд на стражников, потом на люк. Горе-вояки расположились на расстоянии десятка метров от люка, открыть его и нырнуть в Лабиринт он просто не успеет, а сражаться с обеими не с руки: на шум боя сбежится вся городская стража. Воин покачал головой и, стелясь словно змея, прополз под кустами и замер в нескольких метрах за охранниками.
- Ох, ну и пекло, - донеслось до слуха мужчины. – Скорее бы смена…
- Щас, надейся, - ответил второй голос. – Дождешься, как же… Небось придут, когда солнце сядет.
Первый стражник что-то буркнул. Его товарищ гортанно захохотал.
- Хорош тебе, - сказал недовольно первый гвардеец. – Сходил бы лучше за квасом, а то совсем сил нет…
- А почему я?
- Потому что вчера я ходил, сегодня твоя очередь, - гвардеец улыбнулся, затем достал из кармана монетку и бросил ее товарищу. Тот подхватил ее на лету. – Вот держи, да поосторожнее будь, не то на патруль нарвешься.
- Не учи ученого, - ответил напарник и исчез в зарослях кустарника.
Оставшись один, первый стражник потянулся, облокотился на дерево, предавшись редкой возможности расслабиться во время дежурства. Мужчина, поняв, что другого такого шанса ему может не представиться, достал меч и ринулся вперед. Гвардеец, услышав за спиной шаги, схватился, было, за оружие, но что-то тяжелое обрушилось ему на голову, и он рухнул без сознания. Рыцарь не стал его убивать: он не любил бессмысленных жертв. Да и прошедший в Лабиринт, мог не опасаться наказания за нападение на представителя власти, ибо запрещался только вход в крепость магов, но если ты набрался наглости проникнуть в Запретную Цитадель, прошел ее и вышел оттуда, то тебе даровалось полное прощение и оставлялась вся добыча.
Не дожидаясь, когда стражник очухается, мужчина открыл люк, скатился по длинному желобу и через десятка два метров ощутил себя стоявшим на твердой земле. Прислушавшись, он услышал, как вверху хлопнула дверца люка, очевидно, кто-то тоже решил воспользоваться удобной ситуацией и проникнуть в Лабиринт. Сталкиваться с неизвестным конкурентом у мужчины не было никакого желания, и он нырнул в полумрак.
Лабиринт встретил его смрадом застоявшегося воздуха, стенами, покрытыми потеками и слизью, тусклым светом, шедшим от неизвестно кем поставленных светильников. Пол был покрыт толстым слоем пыли и щедро усыпан обломками сгнивших досок, каким-то тряпьем. Кое-где среди груд мусора росли светящееся грибы, издававшие тошнотворный запах, среди грязи копошились огромные пещерные крысы. Преодолевая отвращение, мужчина преодолел полуразвалившиеся врата, служившие когда-то входом в твердыню магов и вошел в Цитадель.
За надвратными укреплениями воздух был почище, путник сделал несколько глубоких вздохов, очищая легкие от ядовитых испарений. Отойдя от ворот, он остановился и прислушался. За остатками крепости слышались чьи-то мягкие шаги, приближавшиеся к воротам: кто-то также торопился покинуть малоприятный вход в Запретную цитадель.
Мужчина на мгновение повернул голову к разветвлявшемуся проходу. Шесть проходов вели в различных направлениях, место это ему знакомо не было, хотя в Лабиринте он бывал не раз. Впрочем, что тут удивительного? Территория странного создания магов была огромна, распространяясь на тысячи километров, что бы обойти его, не одна жизнь требуется. Шаги раздавались уже совсем за спиной воина, раздумывать больше времени не было, и, доверившись интуиции, мужчина нырнул во второй проход справа.
Затаившись, он слышал как из сапоги мягкой кожи прошлепали по камням, как обладательница ботфорт изрыгнула проклятие, едва не растянувшись на скользком полу. Улыбнувшись в усы, мужчина дождался, пока незнакомка исчезнет в одном из проемов, сам же нырнул в противоположном.
Anton-11
ГЛАВА 4.

Мужчина неторопливым шагом шел по узкому входу в Запретную цитадель. Редкие факелы, оставленные в нишах неизвестно кем, освещали каменистый пол, щедро усеянный самым разнообразным мусором, среди груд которого явно проступали черепа и кости искателей приключений, не сумевших пройти свой путь до конца. Рыцарь отнюдь не горел желанием повторить путь своих предшественников, поэтому двигался не торопясь, рассчитывая каждый свой шаг, опасаясь угодить в скрытую под грязью волчью яму или нарваться на ловушку. Иногда он останавливался, обращаясь в слух и напряженно прислушиваясь. Чуткий слух улавливал дуновение ветра, тихие шаги и приглушенные восклицания таких же, как он искателей приключений на свою голову, рык и вой, заставляющий содрогаться даже человека с крепкими нервами. Встреча в подземелье не сулила ничего хорошего, поэтому, заслышав подозрительный звук, мужчина предусмотрительно вжимался в стену, дожидаясь, когда шаги человека или порождения мрака стихнут в отдалении. Иногда до его слуха доносился шум схватки, лязг железа, отборный мат, заставляющий краснеть даже человека, привыкшего слышать на поле сражения множество «добрых пожеланий». Как и встречаться с кем-то, мужчина не стремился узнать об исходе этих схваток, но время от времени он слышал предсмертный вой или громкий крик, после чего шум битвы стихал.
Остановившись в очередной раз и прислушавшись к происходящему в округе, рыцарь обратил внимание на нишу рядом с собой. Первое, что ему бросилось в глаза – неестественная блеклость стенок. В свое время, он много попутешествовал по свету простым бродягой, наемником, продающим свой меч тому, кто больше платит. Немало времени ему довелось провести в пещерах, укрываясь от непогоды, преследователей или охраняя шахтеров в их шахтах, поэтому он знал, как выглядит естественная порода. Постучав по стенкам нише, мужчина услышал гулкий звук, какой обычно издает пустота. Убедившись, что ему никто не помешает, воин достал из рюкзака молоток и долото, раздались несколько глухих ударов, на землю посылалась штукатурка, искусно сделанная под скальные породы.
Заглянув в образовавшуюся щелочку, мужчина изрыгнул проклятие: прямо в лицо смотрела стрела арбалета. Вытерев пот, наемник порылся в рюкзаке, вытащил оттуда продолговатый предмет и вставил его в щель. Раздался скрип, мужчина отклонился чуть в сторону, просунул руку в проем. Достав арбалет, он осмотрел его и мысленно воздал благодарность Мирзе: от стрелы ощутимо несло магией. Попади этот болт в него, последние минуты его жизни были бы самыми мучительными.
Воин, собрался было, достать находившуюся в тайнике шкатулку, как позади него раздались тихие шаги. Не задумываясь, он обернулся и выстрелил в мелькнувшую в шагах тридцати тень, жуткий вой сотряс стены Цитадели. Мужчина всмотрелся в мелькнувшее у поворота существо и его передернуло: многорукое, многоногое и многоголовое, словно гидра, с массивным, длинным, как хвост змеи, телом, чудовище вызывало у него приступ рвоты. Чуть ниже правого плеча существа виднелась глубокая рваная рана, по уродливому телу текла омерзительная жидкость зеленоватого цвета. Преодолевая невольное отвращение, мужчина подскочил к существу, выхватил из ножен меч, замахнулся и ударил тварь. Та жутко взвыла, из раны на животе хлынула кровь, чудовище проворно развернулось и быстро устремилось во тьму прохода, откуда оно только что появилась.
Рыцарь не стал преследовать побежденного противника. Развернувшись, он сильным ударом разломал остатки кладки, закрывавшую нишу, схватил стоявший там сундучок и быстро побежал. Конечно, это был огромный риск, но другого выхода у него не было: что-то ему подсказывало, что сейчас здесь будет очень даже людно. Завернув за ближайший поворот, мужчина остановился и улыбнулся: предчувствие не обмануло его, кто-то приближался к тому месту, где он недавно схватился с неизвестным существом. Не став дожидаться нового гостя, мужчина пробежал еще пару сотен шагов и снова остановился: необходимо было передохнуть и переждать – вдруг еще какой незваный гость сейчас заслышал его топот и разыскивает неосторожного путника?
Присев на корточки, воин достал добычу и принялся ее разглядывать. Шкатулка была не очень большой, достаточно легкой, но выполнена со вкусом и изяществом. Покрутив ее в руках, мужчина нашел скрытый рычажок и нажал его. Крышка со стуком отскочила в сторону, мужчина заглянул в нее и недовольно поморщился: он рассчитывал на большее. Но в его положении грех было привередничать и, положив в рюкзак с пару небольших камешков зеленоватого цвета, воин встал: засиживаться на одном месте было опасно.
В следующий час он, по-прежнему не торопясь, двигался в глубь подземелья. За все время ему удалось найти в скрытых нишах лишь парочку шкатулок, да еще чуть не расквасил себе нос, несколько раз налетев на присыпанные камнями сундуки. В последнем из них, вместе с парой десятков золотых монет, он нашел бутылку с какой-то мутноватой жидкостью и книгу, покрытую эльфийскими рунами. Когда-то он выбрасывал подобные находки, считая их не стоящими внимания, пока, однажды, во время путешествия, судьба его не свела с одним юношей.
Хлебнув лишку в грязной портовой таверне, молодой человек с пеной на губах доказывал собеседникам, что, прихватив однажды в Запретной Цитадели несколько таких бутылок и парочку книг, он очень выгодно продал их эльфам. Полученных денег, по слова юноши, хватило ему рассчитаться с немаленькими карточными долгами и несколько месяцев жить припеваючи, пока однажды его снова не потянуло играть.
Разуметься, никто юноше не верил, тот кричал и хватался за нож, доказывая свою правоту, но над ним только посмеивались и угощали дармовой выпивкой, прося еще раз рассказать о дивной сделке с дивным народом. Юноша, устав спорить, махнул рукой на собутыльников и, едва держась на ногах, вышел в ночь.
- Ничего, проспится, сам не помнить будет – что он нам тут наплел, - посмеивались завсегдатаи таверны над молодым человеком.
Но он не проспался и не посмеялся: на следующее утро его нашли мертвым неподалеку от порта. Бедняга попросту утонул, свалившись по пьяному делу в один из многочисленных прибрежных водоотводов.
- Эх, не надо было его отпускать одного в таком состоянии, - перешептывались вчерашние собутыльники юноши. – Тут крутой спуск, да и дождь ночью прошел сильный, вот и не устоял на ногах, бедолага…
Прибывшие на место события стражники разогнали любопытную до зрелищ толпу, но ни сами гвардейцы, ни зеваки так и не заметили на земле два следа от легких эльфийских сапожек да оброненный кем-то крошечный костяной медальон с выгравированным на нем знаком наемных убийц из Берегового братства: волк, воющий на луну. Никто, кроме него самого.
Тогда он сделал правильные выводы из произошедшего. Через два года, наладив кое-какие связи с темными эльфами, воин аккуратно – с этих темных, с их вспыльчивым нравом, еще станется всадить нож под ребра или стрелу в горло просто от плохого настроения – предложил им вынесенные из Лабиринта книги. Покупатель, известный в Авалоне и за его пределами маг-огневик**, побледнел, насколько это возможно для «темного», чуть ли не силой вырвал из рук наемника принесенные им свитки. Оскорбленный такой наглостью, воин собирался, было, познакомить «огневика» с острой сталью своего меча, как тот всунул тому в руку огромный кошель и исчез за дверью.
Через час в дверь номера, где остановился наемник, постучали. Открыв дверь, мужчина пропустил в комнату двух знакомых «темных», с которыми он имел раньше дела, и мага-«огневика».
- Если ты будешь в Лабиринте, - сказали ему тогда эльфы, - то мы будем тебе очень благодарны, если ты уделишь внимание поиску подобных книг.
Они быстро договорились о плате и прочих условиях договора. Теперь, каждый раз покидая Запретную Цитадель, мужчина навещал своих деловых партнеров в условленном месте и отдавал им найденные там свитки. Темные эльфы четко исполняли условия договора, взаимным сотрудничеством обе стороны остались довольны. Наемник, вместе с возлюбленной, купили себе титулы, замок, земли… Теперь можно было подумать и том, что бы просто осесть и насладиться покоем…
Мужчина встал, отряхнулся и пошел дальше: впереди виднелась лесенка, упиравшаяся в высокий потолок. Значит, он движется по правильному пути: где-то неподалеку выход на другие уровни, поближе к поверхности. Более опасные, чем тут, в самой глубине, но и более богатые разной добычей. За спиной рыцаря раздалось фырканье, какие-то звуки, похожие на хлопанье крыльев, дробный цокот по каменному полу. Встречаться с неизвестным существом мужчине почему-то не захотелось, и он заторопился.
Быстро достигнув выхода, мужчина схватился за веревки, подтянулся, вскарабкался по ступеньками, толкнул люк, просунулся в него и исчез в открывшемся проеме. Крышка со стуком захлопнулся. Мгновение спустя на том месте, где стоял человек, сухо клацнули огромные зубы, зверь, похожий на небольшого дракона, разочаровано рыкнул, плюнул огням и, недовольно скрежета когтями, растворился во мраке.
Anton-11

ГЛАВА 5

Мужчина осторожно шел по коридорам, рассчитывая каждый шаг. Несколько раз он останавливался, прислушиваясь: малейшее неосторожное движение грозило не заметить одну из многочисленных опасностей, поджидавших в Запретной цитадели. Пару раз рыцарь в самую последнюю секунду замечал очень тщательно замаскированные в стенах ловушки. Обойти их или разрядить, для него не было большой проблемой, но вот только не всем так повезло: не раз он натыкался на искателей приключений, сожженных магическим пламенем или с торчавшим из груди копьем.
Живых путешественников он пока не встречал, оборотней и прочей нежити тоже слышно не было. Мужчину это настораживало, он не на секунду не терял бдительность. И все же, как бы осторожен ты не был, однажды ты допустишь ошибку, которая может стать для тебя роковой.
Наткнувшись на очередной тайник, мужчина слишком поздно услышал тихие шаги, а когда услышал, то ничего изменить уже ничего не смог: сильный удар мечом пришелся прямо в то место, где у людей находиться сердце. Воин упал, свет в его глазах померк.
- Ха!!! – неприятным голосом произнес неизвестный. – Ну-ну! Какой сегодня удачный день! Нет, точно его надо занести в анналы нашей Гильдии…
Продолжая что-то бормотать, неизвестный наклонился к поверженному врагу, пытаясь снять с него рюкзак. Перевернув мужчину на живот, существо, больше похожее на гнома, а не на человека, расстегнуло лямки и бесцеремонно стащило с него добычу.
- Нет, ну это действительно сказка! – восторженно завопило существо.
Оно так увлеклось, что сильный пинок в спину стал для него полной неожиданностью. Существо кувыркнулось через себя и с грохотом врезалось в стену.
- Ой…, - только и смог выдохнуть гном.
- Никогда не оставляй за спиной врага, не убедившись, что он мертв, - сказал еще недавно казавшийся таким неопасным поверженный враг, наклоняясь над ним.
Мужчина взмахнул мечом и узкий клинок без труда пробил кожаный доспех, выйдя с противоположной стороны тела. Воин мысленно восхвалил всех богов, в которых уже давно не верил, за то, что догадался усилить кольчугу вторым рядом пластинок, нашитых поверх первого, и наложить на нее защитное заклинание. Именно эти предосторожности и остановили меч врага, оставив на его теле лишь едва заметную царапину. Осмотрев ее, он быстро остановил кровотеченье и наклонился над существом.
Время поджимало, потому воин, подобрал свой рюкзак и принялся изучать карманы поверженного врага. Обитатели Запретной Цитадели были падки на разные блестящие вещицы, поэтому у них всегда можно было найти что-то ценное. Если, разуметься, повезло его убить. Удача не отвернулась от него и на этот раз: в карманах существа он нашел несколько увесистых кошельков и мешочков. Прикинув их вес, мужчина хмыкнул, быстро закинул их в рюкзак. Достав из ниши шкатулку, он переложил из нее в рюкзак находившиеся в ней золотые монеты и парочку драгоценных камней среднего размера (среднего, разуметься, по меркам Лабиринта). Тащить изысканную, но очень тяжелую, шкатулку было бессмысленно и мужчина собрался ее выкинуть, как вдруг рука его сама остановилась.
Лишь мгновение спустя он понял, что его привлекло: на дне шкатулки лежал клочок бумаги. Достав его, мужчина принялся рассматривать древний манускрипт.
- Что б тебя…, - невольно вырвалось из его уст.
Клочок бумаги оказался картой. Картой Запретной цитадели. Воин приподнял шлем и вытер вспотевший лоб. Он слышал раньше о том, что наиболее удачливые находили карты подземелий, но считал это досужими вымыслами. Сама по себе это была неслыханная удача. На карте можно было найти расположение входов и выходов, расположение всех тайников, ловушек, инкубаторы, порождавшие и выпускавшие на волю странных существ, задуманных магами как идеальные охранники, и много, много другого. Теперь не требовалось бродить по Лабиринту по нескольку недель, разыскивая сокровища, риск встречи с местными хозяевами резко сокращался, обойти цитадель и выбраться на поверхность можно было за несколько часов.
- Хорошо, очень хорошо, - сказал мужчина, складывая карту в складки кольчуги.
Ближайший выход на поверхность находился совсем рядом, добраться до него можно было в несколько минут. Но вот только пробовать рюкзак даже на вес он не стал: и так все было ясно. Надо было идти дальше.
Снова потянулись длинные коридоры. Воин перебрался на второй уровень Цитадели, а затем на первый, разыскивая тайники. Некоторые из них оказались пусты, причем опустошили их совсем недавно, иные представляли собой хорошо скрытые ловушки, но большинство тайников были заполнены доверху. Не трогая ненужный ему хлам, коего было много в тайниках, воин брал только самое ценное, рюкзак его тяжелел.
За это время ему благополучно удалось избежать столкновения с монстрами, обходя наиболее опасные участки, но вот со своими коллегами… С такими же искателями приключения как и он, мужчине удалось столкнуться дважды. Первый раз это произошло едва он перешел на второй уровень. Оба воина двигались абсолютно бесшумно, поэтому их встреча стала для них полной неожиданностью: не смотря на острый слух, они увидели друг друга только столкнувшись нос к носом.
Мужчина, выхватив меч, немного попятился назад, стараясь соблюдать дистанцию – уж больно крепок и могуч был его противник. Вот только кто он? Орк? Человек-богатырь? Под пластинчатой кольчугой, покрывшей все тело и ноги, шлемом, полностью закрывавшим лицо, трудно было определить расу, лишь поблескивал на груди серебристый медальон с изображением орла в полете. Воин не удивился, если бы под доспехами скрывался эльф, чья физическая мощь была усилена магией – от этих длинноухих всего можно было ожидать. Хотя, нет… Вряд ли это эльф – те не взяли бы с собой под землю алебарду, ею просто невозможно пользоваться в узком проходе. Как бы там ни было, незнакомец был настроен на битву, а не на разговоры.
Зарычав, неизвестный совершил прямой выпад алебардой. Мужчина был готов к такому повороту событий: с легкостью отбив удар, он выполнил поворот и ударил противника в стык между доспехами. Ударил и… Незнакомец подставил алебарду, меч, высыпая искры, стукнулся о древко копья. Гортанно захохотал, обнажив огромные орчьи клыки, враг. С ловкостью, которой бы позавидовали эльфы, он атаковал человека. Тот от неожиданности едва успел блокировать удар и отскочил в сторону. Проклятие само по себе вырвалось из его уст: ну не бывает такой ловкости у живого существа, просто не бывает.
«Вот же зараза, - подумал мужчина, едва успевая отбивать сыпавшиеся удары. – Видно, кто-то из эльфов продает оркам дурман-траву***».
Воин отступал, отбивая удары и контратакуя. Пока ни одному из противников не удавалось взять вверх, но вот только сколько он может продержаться против накурившегося дурман-травы орка? Мужчина оглянулся – позади виднелась небольшая площадка, использовавшаяся, видимо, для сбора сточных вод. Если орк вытеснит его на эту площадь, то сможет использовать алебарду не только для прямых ударов. Давать такого шанса своему противнику он не собирался.
- Ну, родной, выручай…, - рыкнул мужчина.
Выбрав удобный момент, он вложил в удар всю силу, на какую был еще способен. Слова древнего эльфийского заклинания, активирующую встроенную в меч магию, слетели с его губ. Мирза улыбнулась ему, оружие засветилось голубым светом, с меча сорвалась голубая молния, ударив в алебарду. Сила магической атаки была такова, что металлическое копье раскалилось добела, алебарда моментально рассыпалась в прах. Еще удар, магия меча пробивает доспех, лезвие с легкостью выходит с обратной стороны противника. Орк глухо заурчал, рухнув на землю.
Мужчина подхватывает мешок противника и устремляться прочь от места схватки. Отбежав шагов на сто, он присел на корточки принялся изучать содержимое рюкзака. Пакет дурман-травы он выбросил сразу, добычу переложил к себе. Теперь его рюкзак был полон, можно было и выбираться на поверхность. Но идти в таком состоянии было опасно – применение магии темных эльфов отнимало много сил, а что еще его ждет впереди одним богам известно. Мужчина закрыл глаза, надеясь привести свои мысли в порядок. Но отдохнуть ему не дали.
За поворотом послышались шаги, воин вскочил, но уйти не успел. Выскочивший эльф-полукровка явно искал именно его. На груди его висел тот же значок, что и у поверженного им орка: орел на серебряном поле. Броня и бич в эльфа были накачены магией под самую завязку. Нет, конечно, как и любой наемник, мужчина владел зачатками магии и знал несколько заклинаний, которые могли бы помочь ему в бою. Вот только, его знаний не хватало, что бы быстро зарядить лишенный магии меч и пополнить свои собственные запасы манны. На такое были способны только члены Гильдии Магов. Вступать же в бой с полукровкой без магии было рискованно, но выбора у воина не было. Нажав на красный камень в рукоятке меча, воин активировал орб Голема и принял боевую стойку. Полуэльф раскрутил бич и атаковал противника.
Удача явно улыбнулась воину в этот день. Сделав выпад в трапеции, мужчина ушел от бича полукровки, ударив противника мечом. Лезвие не пробило зачарованную кольчугу, но удар был такой силы, что враг отлетел на несколько метров, ударившись в стенку Лабиринта. Раздался треск ломаемых костей, эльф дернулся и на мгновение затих. Воин не стал терять времени, подскочив к противнику. Полукровка открыл глаза, посмотрел мутным взглядом на врага, попытался ударить противника по ногам, но удар вышел очень и очень слабым, воин легко блокировал его. Озверевший от многочасового блуждания по надоевшим подземельям, мужчина ударил врага гардой по шлему. Шлем треснул, полуэльф захрипел и потерял сознание. Подобрав выпавшие из рюкзака деньги и пару бутылей, мужчина поспешил уйти от этого места.
Два часа воин пробирался к выходу, расположенному на первом уровне в лиге от него. Несколько раз он останавливался, дабы затаиться и остаться незамеченным для твари, патрулирующей Запретную Цитадель, или пропустить такого же охотника за удачей, как он сам. Но, не смотря на предосторожности, миновать встречи не удалось. Когда до выхода из Лабиринта оставалось немногим больше сотни шагов, воин услышал впереди шум битвы. Аккуратно ступая, мужчина выглянул из-за уступа.
Девушка, еще совсем юная, едва разменявшая второй десяток, сражалась с боевым големом, напоминавшему огромного паука. Голему приходилось туго, но и девушка еле держалась на ногах, кровь сочилась из ее ран. Мужчина поморщился: не в его правилах помогать кому-то просто так, но не оставлять же девушку на растерзание этой жутковатой твари, адскому изобретению магов-артефакторов. Выждав момент, воин вынырнул из укрытия, удар мечом пришелся прямо в самое уязвимое место Голему – в стык между двумя лапами-ногами. Голем заурчал и повалился на землю. Вовремя: девушка, не удержавшись на ногах, рухнула на колени, от усталости не понимая, что произошло и почему она еще жива.
Убедившись, что девушка жива, только очень устала, воин наклонился и ткнул голема. От удара из боевой машины высыпались несколько золотых монет.
- Не смей! – рыкнула девушка
Воин поднял глаза и улыбнулся: девушка, за те краткие мгновения что он уделил голему, успела подняться, и теперь целилась в него из боевого лука. Вот только ее шатало так, что даже стреляй она в упор, а не с десятка метров, вряд ли бы смогла попасть в него. Что, собственно, и произошло: юная амазонка не удержала тетиву, стрела сорвалась и высекла искры из стены далеко за спиной воина.
- Глупышка, - улыбнулся мужчина. – Я не собираюсь нападать на тебя. Собирай добычу и уматывай отсюда. Запретная Цитадель не для таких, как ты.
Воин переступил через голема, бросил ей пакет с лечебными травами. Девушка поймала его на лету.
- Выход там, в конце коридора, - сказал он. – До него совсем ничего, успеешь добраться, если повезет.
Мужчина двинулся дальше, не слушая злого сопения за своей спиной.
Уже почти дойдя до люка, он услышал шаги.
- Стой, подожди меня, - раздался за спиной девичий голос.
Мужчина замедлил ход, девушка быстро догнала его и выхода они достигли вместе.
Anton-11
ГЛАВА 6.

- Спасибо, - поблагодарила девушка, едва они выбрались из лабиринта и оказались на узких улочках Авалона. – Если бы не ты, этот голем точно бы прикончил меня.
- Да ладно тебе, - ответил мужчина, окидывая ее взглядом. Юная, совсем юная, а все туда же: приключений на свою голову ищет. – Рано тебе в Цитадель ходить…
- А я тебя знаю, - словно не слыша его, сказала девушка. – Ты был в Шильне не раз, я тебя там не раз видела. Много чего о тебе говорят…
- Не всему, что говорят верить можно, - ответил мужчина. – Ладно, нам пора расставаться. Удачи тебе.
- Стой, ты куда? – зарычала девушка. – Я хотела с тобой поговорить!
- Ну, чего тебе? – застонал мужчина.
- Возьмешь меня в ученики?
Мужчина рыкнул в ярости и, повернувшись к собеседнице спиной, скрылся в переулке. Девушка, явно не собиравшаяся сдаваться просто так, поспешила за ним. Догнав его возле городского переулка, амазонка молча пошла рядом с ним.
Поняв, что просто так он юной искательницы приключений он не отделается, воин остановился.
- Ладно, черт с тобой, - буркнул мужчина. – Трактир «Усталый путник» знаешь где находиться?
- Ага, - кивнула девушка.
- Жди меня там. И не вздумай соваться за мной: туда, куда я иду, тебе мигом голову открутят! Поняла?
- Поняла! Спасибо! Я буду ждать тебя!
Девушка помахала рукой и растворилась в толпе.
Мужчина покачал головой, затем повернулся и исчез в соседнем переулке.
Граалевирд уже ждал его.
- Принес? – спросил он.
- Принес.
Воин выложил на стол несколько книг, десяток бутылей и столько де свитков. Эльф бегло просмотрел принесенные вещи, удовлетворенно кивая.
- Ты что-то вынес еще из Лабиринта? – спросил он.
- Так, по мелочи, - ответил мужчина. – А тебе то, какое дело?
- Я даю двойную плату за то, что ты вынес из Цитадели, - сказал «темный».
Мужчина несколько мгновений смотрел на Граалевирда. Что-то было не так в его словах и действиях, совсем не так. Уж не задумал ли его компаньон избавиться от ненужного свидетеля? С этими эльфами станется.
- А почему бы и нет? – сказал после недолго раздумья воин. – Заодно и избавишь меня от ненужных хлопот по поиску покупателя…
Мужчина высыпал из рюкзака на стол найденные в Лабиринте ценности. Граалевирд снова кивнул, затем повернулся к собеседнику спиной, заскрежетал, открываясь, сейф. Воспользовавшись моментом, воин достал из под доспеха маленький Амулет Мизры и нажал, активируя его.
- Вот твоя доля, - сказал эльф, повернувшись к нему и положив на стол два увесистых мешочка. – Две тысячи полновесных дукатов…
Замогильным холодом повеяло от слов «темного», воин напрягся.
- Мы оба не в накладе…
- Конечно… А теперь мне пора…, - мужчина разразился долгими и витиеватыми прощаниями. Закончив длительную речь, мужчина поклонился. – Удачи и долгой жизни…
Мужчина еще раз поклонился, сгреб мешочки в рюкзак и поспешил к выходу.
- Долгой, только не для тебя, - прошипел сквозь зубы эльф и сложил руки.
Голубые тени пробежали между пальцами «темного», а когда наемник достиг двери, голубой шар сорвался с ладоней и полетел ему вслед. В одно мгновение голубая смерть достигла ворот и… Голубыми брызгами рассыпалось заклинание, а воин, живой и невредимый, стоял неподалеку от него, хохоча во всю глотку.
Страх овладел эльфом ночи. Страшный животный страх за свою жизнь. Как? Как сумели обмануть его? Не могущественный чародей, не демон, а простой наемник, силы которого не хватало даже на простейшую магию, но который сумел отвести его глаза так, что он не сумел различить иллюзию. Взгляд мага упал на грудь мужчины, выхватив блестящий поверх доспехов маленький амулет. Страх еще сильнее сковал члены эльфа: он узнал амулет Мирзы, самый могущественный из всех, известных в Ойкумене. Побочным эффектом действия этого амулета была возможность творить и в течении короткого времени поддерживать морок, различить который не мог даже очень сильный маг. А основным… Основным была способность даровать своему владельцу неслыханную удачу в любом деле, за которое он брался. Для владельца подобного артефакта, не было ничего невозможного. Даже победить всемогущего мага для него не было проблемой. Неизвестно как, но его противник сумел найти опасную игрушку, использовать ее, и, если он хочет жить, то сейчас ему предстоит сражаться как никогда в жизни.
Эльф-чародей засохшими губами произнес заклинание, голубой шар ударил в грудь воину и холодный пот покрыл мага: наемник, стоявший в шагах двадцати от него, вдруг оказался совсем рядом, в каком-то шаге от своего врага. Блеснула в лучах заходящего солнца вороненая сталь, мир перевернулся и маг, сквозь кровавую пелену, застилавшую глаза, увидел, как рассыпается в еще одна иллюзия, сотворенная амулетом. Глаза мага закрылись, чародей повалился в небытие.
- Счастливого путешествия в мир Зеленых лесов, - сказал, склонившийся над эльфом мужчина. – Ты был хорошим партнером и… врагом…
Сняв с убитого или находящегося без сознания эльфа – по крайней мере, «темный» сейчас не был способен сотворить какую-то пакость, воин позаботился об этом, коротко взмахнув мечом, узкое лезвие ударило прямо в сердце врага – несколько наиболее ценных амулетов, опустошив карманы балахона от денег. Поднявшись, он вытер оружие пучком травы и пошел к выходу.
Он уже взялся за ручку двери, как «темный» открыл глаза. Сознание мутилось, сила утекала из него вместе с жизнью, но губы сумели произнести простейшее заклинание из числа низшей некромантии, и за спиной воина возник зомби с полуторным мечом. Слабенький зомби, учитывая состояние вызвавшего нежить мага, но способного создать достаточно неприятностей невнимательному путнику. Способного, но не создавшего.
Мужчина обернулся, сверкнуло лезвие меча, отбивая атаку зомби. Мгновением спустя, мужчина швырнул две серебряные метательные звезды. Первая из них врезалась в зомби, уже занесшего меч для повторной атаки. Раздалось шипение, зомби окутался дымом, истлев в считанные секунды. Меч нежити, скользнув по бедру воина, но, не сумев пробить зачарованные поножи, отскочил в сторону.
Вторая звезда, в пару секунд преодолев несколько десятков метров до мага, пробил ему горло. Свет померк в глазах чародея. Теперь уже навсегда.
Мужчина открыл дверь и остановился на пороге. В нескольких метрах от него стояли два боевых Голема, предусмотрительно активированных их хозяином на тот случай, если желанный (или нежеланный) гость решит покинуть его дом без предварительного согласия. Воин вздохнул, в который раз за сегодня обнажая меч. Ну, когда же это, наконец-то, закончиться?
Ближайший Голем, скрежета шестеренками, ринулся в бой.
Шум, раздававшийся над домом самого известного в городе оружейника и мага, привлек внимание жителей всего города. Посмотреть на происходящее сбежался половина города, праздные зеваки стали свидетелями очень странного зрелища: в дом ударило несколько молний, крыша вспыхнула, как факел, а сам дом осел в клубах дыма.
Anton-11
ЭПИЛОГ.

Внутри крепостных стен небольшого замка кипела обычная для мелкопоместных дворян жизнь: скрипела несмазанными колесами крестьянская телега, доставившая оброк сеньору, звонко стучал по наковальне кузнечный молот, сновали между служебными помещениями вороватые слуги, управитель ругался с прибывшим в крепость представителем Строительной гильдии Туварна. Шум, издаваемый этой парочкой – высокомерным эльфом и принципиальным орком – привлекал к себе особое внимание, слуги, пробегая мимо, бросали взгляды на них, порой, даже, останавливались, прислушиваясь к спору. А послушать было что: стороны договаривались об условиях ремонта обветшавшей цитадели. Эльф пускал в ход все свое красноречие, витиеватые похвалы и цветастые эльфийские обороты сотрясали видавшие виды стены цитадели, но все было тщетно. Орк, улыбаясь, твердо стоял на своем: уж кто, кто, а туварнцы знали цену своим услугам, не зря считаясь лучшими градостроителями империи.
Впрочем, хозяйку замка меньше всего интересовало происходящее в замке. Вместе с высоким стариком, одетым в темные одежды Гильдии врачевателей (о принадлежности к которой свидетельствовал и знак, висевший на груди мужчины), женщина склонилась над мужчиной, лежавшим на террасе донжона.
Воин выглядел весьма неважно: все его тело было покрыто повязками. Местами, под марлей проступали шрамы, волдыри и ожоги. Мужчина лежал неподвижно, очевидно он был без сознания.
- Раны пустяковые, скоро заживут, - сказал лекарь, закончив осмотр. – Главное, что меня беспокоит – это его сильнейшие истощение. Физическое, психологическое, магическое. Я удивлен, что в таком состоянии он сумел выбраться из этих чертовых развалин и добраться сюда. Да еще и добычу не забыл прихватить. Видать, что-то гнало его все время…, - лекарь косо посмотрел на молодую женщину. – Или кто-то…Но он выживет…
- Ты уверен? – с дрожью в голосе спросила девушка.
- Дорогая моя, - фамильярно заявил лекарь, улыбаясь, - я лечу таких, как вы уже лет тридцать. Пока ни один не умер, хвала всем богам! Выживет, никуда не денется. Вот только на ближайшие месяцев десять, а то и год о походах вам придется забыть. И тянет же вас на всякие приключения… Все не успокоитесь никак… Нарветесь однажды на неприятности, из которых не выберетесь. Да и о детях вам пора подумать уже… Когда я, наконец-то, внуков понянчу, а? Совсем от рук отбились…
- Не бурчи, дядя, - засмеялась девушка, ласково потрепав лекаря по седым локонам, ниспадавшим на плечи.
Врач досадливо отмахнулся, поняв что спорить бесполезно, и улыбнулся. Уже десяток лет, дождавшись их возвращения с очередного приключения, он лечил их раны, пытаясь вразумить племянницу заняться каким-то более безопасным делом, оставив свой опасный промысел. Пока это было безуспешно…
- Ты останешься у нас сегодня? – спросила девушка. – Отдохнешь хоть от своих пациентов.
- С удовольствием, - кивнул лекарь. – Высплюсь хоть по человечески… Только сейчас дам указание сиделке…
Кликнув молодую помощницу, врач достал из сумки оплетенную бутыль и коробку с мазями.
- Пациенту нужен полный покой, - сказал он. – Никого не пускать к нему, кроме меня и…, - тут он покосился на племянницу, - и супруги. Повязки сменишь первый раз, как зайдет солнце, второй раз сразу после восхода. Когда будешь менять повязки, раны смажешь вот этой мазью. Питание усиленное, особенно обрати внимание на мясные продукты и красное вино. Каждый три часа давать пить пять унций этого лекарства, - врач показал на бутыль. – Я завтра утром навещу его, посмотрю его состояние. Все поняла?
Девушка склонилось в поклоне.
- Идем, племянница, - сказал лекарь.
Пара исчезла в дверном проеме. Девушка провела дядю в основное здание замка. Отдав распоряжение прислуге, девушка оставила дядю приводить себя в порядок в покоях и снова вернулась в донжон.
К ее удивлению, мужчина пришел в себя, сиделка, как раз поила его лекарством из бутылки. Увидев гостью, сиделка забрала пустую чашку и отошла в сторону. Девушка села у изголовья, взяла своего спутника за руки.
- Как ты? – спросила она
- Жить буду, - слабо, но с усмешкой сказал мужчина. Задорный огонек блеснул в его глазах.
- Я убью тебя! Я точно тебя убью! - сказала девушка, прижимаясь к нему. – Если ты пойдешь хоть раз куда-нибудь!!! Довольно!!! Хватит!!!
- А куда я денусь, - слабо засмеялся воин. – С тобой спорить – себе дороже…
Он обнял девушку, прижав к себе. Мужчина знал, что едва выздоровеет, он снова отправиться в путь и кто его будет сопровождать в этом путешествии. И еще он знал, что девушка это тоже знает.
Подруга обняла его, руки девушки незаметно легли на живот.
Anton-11
Примечания.

*- локоть, мера длинны, равная 40 сантиметров.
** - «огневик» - маг, специализирующийся на школе огня.
*** - Дурман-трава – кустарниковое растенье, листья которого содержат наркотик, кратковременно повышающий силу и ловкость, но существенно уменьшающий умственные способности. Многократный прием вызывает привыкание, деградацию личности, разрушение жизненно важных органов (прежде всего, легких, сердца и мышц) и очень мучительную смерть. Выращивание и продажа дурман-травы во всех государствах карается смертью. В Авалонской империи произрастает только в лесах на севере.
Крайс
Anton-11, прочитайте пожалуйста для начала правила раздела. С какой целью вы выложили данные произведения? Являются ли они вашими?
Anton-11
Да, оба произведения мои. Можете посмотреть в сети, не найдете их. Они публикуються впервые.
Опубликовал... Что бы люди читали, высказали свое мнение... Возможно, кого-то заинтересуют мои прозведения...
Крайс
Я думаю вы прочитали правила раздела?) В ближайшее время темы будут объеденены. Поэтому советую перед названием главы написать названия. И напишите пожалуйста как назвать вашу тему.
Anton-11
QUOTE (СырК @ 03.07.2007 - время: 21:32)
Я думаю вы прочитали правила раздела?) В ближайшее время темы будут объеденены. Поэтому советую перед названием главы написать названия. И напишите пожалуйста как назвать вашу тему.

Прочитал :) Сейчас исправлю :) Только можно просьбу?
У меня три рассказа (или маленькие повести, это с какой точки посмотреть?). Третий рассказ: http://www.sexnarod.ru/index.php?showtopic=157973
Нельзя ли обьеденить так, что бы упомянутый рассказ "По острию ножа" был присоедене последним? Я буду добавлять в него еще пару глав, посему как бы удобнее, что он последним шел :)
Крайс
QUOTE (Anton-11 @ 04.07.2007 - время: 19:54)
Прочитал :) Сейчас исправлю :) Только можно просьбу?
У меня три рассказа (или маленькие повести, это с какой точки посмотреть?). Третий рассказ: http://www.sexnarod.ru/index.php?showtopic=157973
Нельзя ли обьеденить так, что бы упомянутый рассказ "По острию ножа" был присоедене последним? Я буду добавлять в него еще пару глав, посему как бы удобнее, что он последним шел :)

Нет, так не получиться. Темы поставяться в порядке их написания. Могу посоветовать тот рассказ переписать сюда заново, а ту тему я удалю.
Anton-11
По острию ножа.
Из цикла "Береговое братство".

«На судне бунт, над нами чайки реют…
Вчера, из-за дублонов золотых
Двух негодяев вздернули на рею.
Но мало – надо было четверых».
В. Высоцкий, из цикла «Ветер странствий».

Нет страшней ничего, чем предательство в море:
Бунт. Измена. И связан отважный пират.
И никто не спасёт на бескрайнем просторе -
Кто был предан ему, те в пучине лежат.

И когда он готов был повиснуть на рее,
Сквозь толпу палачей, дикарей и громил
Прыгнул юнга внезапно, себя не жалея,
На руках капитана петлю разрубил

И толкнул его в воду, и крикнул: «Прощайте!»,
И в отчаянье горьком взмахнул он рукой.
«Вы в молитве меня помянуть обещайте», –
Выстрел! Юнга навеки нашёл свой покой…
И уплыл капитан, и до суши добрался,
Знать, ему помогала шальная звезда,
И молитву за юнгу прочесть постарался,
Но кто спас его – он не узнал никогда…
С. В. Велес, из цикла «Пиратская лирика».

ЧАСТЬ 1.

ГЛАВА 1.

- Эгей, налетай!!! Кто желает испытать удачу?
Звонкий голос, принадлежавший высокому, но весьма худощавому юноше в потертом комбинезоне, перекрыл шум в трактире. Подняв старую оловянную кружку, он прикрыл верх рукой, потряс ею высоко в воздухе, а затем резко опустил почти к самому столу и убрал руку. Две костяшки пулей выкатились из кружки, со стуком ударились в столешнику, покатились по столу, затем снова ударились, на этот раз об край, покатились назад и остановились. На белых, но уже слегка замусоленных гранях красовались две шестерки.
- Ну, ребята? – продолжал вещать голос. – Неужели среди вас нет ни одного смельчака? Вы портовые крысы или кто?
Но никто не отзывался на его призыв. Напротив, все покачивали головой и спешили отодвинуться от игрового стола подальше.
- Да ну тебя к черту, - ответил один из завсегдатаев таверны, старый, видавший виды и поплававший во всех морях, матрос. Потерев переносицу, он вытер руки об потрепанную матросскую робу. – Играть с тобой, так себе дороже будет.
Очень быстро вокруг стола образовалось пустое пространство. Юноша опустил кружку, взгляд его потускнел, голова медленно опустилась вниз. Послышался короткий смешок. Юноша поднял голову. Рядом стоял владелец трактира.
- Ну, что? – спросил трактирщик. – Я, вижу, что с тобой играть никто не хочет, а?
- Ну почему? – последовал ответ. – Еще не вечер…
- Не вечер, говоришь? А чем он, этот вечер, будет отличаться от остальных? Ты когда играл последний раз, помнишь то?
Юноша промолчал, потупив глаза.
- А за выпивку, комнату и стол кто платить будет?
- Да пошел ты…
Трактирщик потянул из-за спины стилет, замахнулся. Юноша отшатнулся назад, острое лезвие прошло мимо. В руке молодого человека блеснула короткая абордажная сабля. Шум в трактире моментально стих, вокруг спорящих образовалось мертвое пространство. Юноша сделал выпад, сабля свистнула в нескольких сантиметрах от тела трактирщика, разорвав ему рубашку.
- Ах, ты сучонок, - прошипел трактирщик.
Изловчившись, он увернулся от еще одного выпада и ударил стилетом по запястью юноши. Сабля со звоном покатилась по полу. Трактирщик, довольно потирая руки, собрался, было, отходить, под одобрительные возгласы присутствующих в таверне матросов, юношу от всей души, как тот вдруг исчез. Ропот покатился по залу, ряды зрителей сдвинулись. Трактирщик оглянулся.
Юноша, с кошачьей ловкостью, которой бы позавидовал бы любой марсовой, прыгнул в сторону, кувыркнулся через голову, подхватил саблю и снова вскочил на ноги. Несколько матросов и давних приятелей трактирщика, вспомнив, очевидно, прошлые проигрыши юноше в кости, набросились на него. Но лучше бы они этого не делали: мелькнула в воздухе серебристая дуга, молодой человек обрушил на своих противников сильнейший круговой удар. Двое из нападавших упали на пол, из ран струей хлынула кровь, остальные поспешно отступили. Зал взорвался одобрительным ревом, присутствующие начали заключатся пари на исход этого поединка.
- Ах, ты…, - снова сдобрил трактирщик свою речь отборным матом.
Набросившись на юношу, словно волк на оленя, он вложил в свой удар всю силу. И снова промах: юноша уходил от его ударов с кошачьей ловкостью. Несколько минут противники кружили по залу, опрокидывая стулья и столы под одобрительные возгласы зрителей. Впрочем, и сами зрители не оставались в стороне: в нескольких местах огромного зала таверны уже завязались потасовки между многочисленными почитателями каждой из сторон.
Выждав момент, юноша ударил трактирщика гардой, кровь брызнула из носа, тот упал. Не став дожидаться, он подскочил и вложил в удар ногой всю силу, на которую был еще способен. Трактирщик затих.
А мгновение спустя трактир охватила самая настоящая вакханалия зверства: посетители, морские волки всех стран и народов, несколько секунд назад отчаянно подбадривающие дерущихся, сами ввязались в свалку. Замелькали кулаки, палки, ножи, стулья, ото всюду слышались стоны. Юноша попробовал выбраться из заварушки, невольным виновником которой стал, но это у него плохо получалось: несколько раз ему пришлось пускать в ход саблю и кулаки, от одежды, и так не очень шикарной, быстро остались одни лохмотья. Изнемогая, он упал после очередного удара, попробовал встать, как чья-то рука подхватила его и потащила прочь из побоища.
Через минуту они, вместе с неизвестным спасителем, укрылись за стойкой. Юноша принялся изучать своего товарища. Неизвестный, вытащившим юношу из схватки и, возможно, спасший ему жизнь, был весьма смуглолиц, с длинными черными волосами, тонкой полоской усов, небольшой бородкой по тогдашней моде, красным платком, повязанным на шее, и одетый в простой, но со вкусом, костюм капитана. Впрочем, тот тоже не остался в долгу и рассматривал юношу с неприкрытым интересом.
- А ты молодец, - немного отдышавшись, сказал незнакомец, - подраться ты мастер, да и везет тебе, как я понял, здорово.
Он предпочел промолчать, что ему не очень понравилась внешность юноши: уж слишком он был похож на женщину. Красив, не отнимешь, но красив не мужской красотой, а именно женской, не по-мужски хрупок и статен, руки – крепкие и сильные, но явно не знавшие тяжелой работы. Но это, в конце концов, для него было не главным, а ценил он в людях умение сражаться, удачу и умение держать слово.
- Давай сыграем? – предложил незнакомец, сделав вид, что не заметил румянец, заливший лицо юноши.
Достав из складок костюма серебряный пиастр, он положил его на пол. Юноша кивнул и достал из кармана две костяшки, бросил: выпала шестерка и четверка. Незнакомец взял кости и тоже бросил. Юноша улыбнулся и забрал пиастр в карман: грани костяшек показывали тройку и единицу.
- Еще? – лукаво спросил юноша, прищурься. В его глазах мелькнул странный огонек.
- Давай, - с улыбкой ответил незнакомец, доставая из под плаща еще один пиастр.
Игра была в самом разгаре, как за его спиной совершенно бесшумно, учитывая общий гвалт и шум, царивший в трактире, выросла тень. Тень взмахнула чем-то, но юноша опередил его и незваный гость, перелетев через игроков, пробил головой стойку за спиной партнера юноши. Незнакомец захохотал довольный.
- А ты…., - продолжение застряло у него в горле при виде небольшого пистолета в руках юноши.
- Я не люблю таких шуток!!!
Выстрел сотряс стены, пуля свистнула над головой моряка. Кто-то вскрикнул, неизвестный с легкостью вскочил, обернулся, в руке блеснул кортик. Огромный детина, ростом не менее двух метров и с косой саженью в плечах, навис над ним. Одной рукой он зажимал рану на плече, сквозь пальцы текли узкие полоски крови; во второй крепкие пальцы сжимали саблю.
- Ах ты, тварь! – гневно воскликнул моряк. – Ты на кого, подонок, руку поднял!
Детина не ответил. Превозмогая боль, он замахнулся саблей с явным намерением снести голову мужчине. Но тот не стал дожидаться, когда его прирежут словно овечку, сделал резкий выпад и детина, еще раз вскрикнув, начал валиться на пол. Грохот выстрела и разразившиеся события, описанные выше, привели к тому, что сражение, разыгравшееся в таверне, прекратилось. Десятки глаз вперились в парочку, ставшую невольной причиной этих событий. Моряк мерзко выругался, выхватил из-за пояса спаренный пистолет, не оборачиваясь, схватил юношу за руку.
- Пошли, - почти крикнул он.
Почти силой он потащил юношу к выходу. Несколько человек, из числа спутников моряка, последовали за ними. Никто не пытался мешать им, лишь на входе, один из драчунов попробовал остановить парочку, но моряк не стал церемониться и стены таверны сотряс еще выстрел. В клубах порохового дыма, они, вместе с сопровождающими их матросами, вынырнули на улицу.
- Быстрее, быстрее, - торопил мужчина.
Они припустили бегом, свернули за ближайший угол, растворяясь в вечерних сумерках городских улицах. Пробежав два квартала, компания сбавила шаг: впереди замаячили быстро приближающиеся красные мундиры городской стражи. Притворившись подвыпившими моряками, возвращающейся с попойки, они благополучно миновали городской патруль, и свернули в узкий, вонючий переулок, ведший к порту. Пройдя еще несколько кварталов по заполненным разнообразным людом улицам, мимо торговых навесов, ремесленных мастерских, магазинчиков и трактиров, компания вышла к порту.
У молов на якоре стояли две каравеллы, галеон и бриг. Шустрые шаланды сновали от портовых пакгаузов к кораблям и обратно. Мужчина снял платок с головы и помахал им. От брига сразу же отвалила шлюпка и через несколько минут причалила к молу. Один из матросов, очевидно боцман или его помощник, выскочил на каменные плиты, резким движением снял берет.
- Сэр, - обратился он к мужчине.
Капитан кивнул, затем обернулся к юноше. Тот стоял вытянувшись, как струна, в его голубых глазах горел огонек.
- Удачного плавания, капитан, - в голосе молодого человека проскользнула жалость, он протянул руку, прощаясь. – До скорой встречи.
Рука у юноши была мягкой и очень горячей, капитан задержал ее в своей руке несколько дольше, чему нужно было. Затем, морской волк тронул пальцами подбородок: решение было принято.
- Абсолютно не вижу причины расставаться, - сказал он. Затем, немного помолчав, продолжил. – Мне нужен юнга, одновременно являющийся и моим адъютантом. Тебе же, оставаться сейчас в городе опасно, а лучшего укрытия, чем пиратский корабль не найдешь. Пусть сожрут меня сто китов, если вру!!! Да и из тебя выйдет настоящий моряк, разрази меня гром!!!
- НЕТ!!! – гневно воскликнул юноша. – Никогда!!!
Непостижимым образом, освободившись от мертвой хватки пирата, он круто повернулся и припустил во всю прыть. Капитан несколько мгновений смотрел ему вслед.
- Странный он какой-то, - раздался сзади голос боцмана. – Он что, больной?
Капитан ничего не ответил, еще раз посмотрел вслед стремительно скрывающемуся в разношерстой толпе, юноше. Затем, он круто повернулся и прыгнул в шлюпку.
- К кораблю, - последовал короткий приказ.
Матросы опустили весла в воду, последовал короткий взмах и ялик понесся, взлетая над волной, к бригу.
Anton-11
ГЛАВА 2.

Через несколько минут капитан карабкался по трапу. Перемахнув через бортик, он ступил на палубу. В несколько секунд, его окружила команда.
- Доброго вечера, капитан, - послышалось со всех сторон.
Мужчина оглядел присутствующих: вся команда успела уже вернуться на борт. Излишне было спрашивать ребят о проведенном времени на берегу: это слишком хорошо отображалось на их веселых лицах, на порванных робах и ярких отметинах на физиономиях.
- Доброго, ребята, - последовал ответ. – Готовы завтра отправиться к неизведанному?
- Конечно!!! – снова последовал гомон со всех сторон.
- Да за вами хоть в ад!!!
Капитан смотрел на улыбающиеся лица ребят. Да, с такой ватагой ему сам черт не страшен. Жалко, что многих не вернуть из водной могилы. Черт же угораздил этот испанский галеон.
- Боцман! – скомандовал он.
- Здесь капитан, - здоровый детина вырос перед мужчиной.
- Выкатить из трюма бочонок эля, - скомандовал капитан. Боцман кивнул и исчез. Мужчина, тем временем, продолжал. – Отдыхайте, завтра нас ждет нелегкий день и неблизкий путь.
Одобрительный гомон прокатился по кораблю. Капитан похлопал по плечу рядом стоявших, затем прошел через окружившую его шумящую толпу, прошел на ют и вошел в каюту.
Каюта была обставлена по спартански: простое дубовое ложе, стол, усеянный картами и лоциями, матросский сундук, пару шкафов, голые стены без прикрас. Подойдя к зеркалу, мужчина провел рукой по лицу, снял фальшивые усы и бородку, бросил их в трюмо. Затем, упав на ложе, он снова предался невеселым мыслям.
Мальчишку жаль, погибнет ведь. Ему-то, лично, ничего не грозит ничего: каперское свидетельство, полученное от Генри Моргана год назад, надежно охраняло его от всевозможных столкновений с властями, как на суше, так и на море. Да и прикладные усы, и борода меняли его внешность так, что узнать его могли только люди, хорошо его знавшие. Но вот мальчишка… Нет определенно, он ему нравился, даже непонятно почему. Да и боец из него выйдет прекрасный, возможно даже сможет стать штурманом или капитаном. Если конечно, останется в живых. Эх, жаль, что он не принял его предложение войти в команду.
Мысли капитана плавно приняли другое направление. Он любил море. Любил, больше, чем можно было любить женщину, жизнь, да вообще что-либо в этой жизни. Большая часть его жизни прошла именно на шатких палубах кораблей, в сражениях и бурном море. Был он уроженцем небольшого селения близ Смоленска, рано познал тяжелый труд крепостного раба у польского шляхтича, пока, однажды, не сбежал, и, волею судеб, оказался в Гамбурге, где поступил юнгой на торговое судно. За десять лет он прошел путь от простого юнги до штурмана. И ему везло. Везло всегда и во всем.
Лет десять назад, став первым помощником, он подбил верных ребят на бунт на корабле, котором плавал. И, одной темной и бурной ночью, капитан и офицеры брига дружно отправились за борт, их дальнейшая судьба покрыта тайной этой бурной ночи. Он вышел, вместе с бригом, на морские коммуникации, ему сопутствовала удача и немало испанских, французских и прочих кораблей нашли вечный приют на дне морском, а их груз перекочевал в трюмы брига.
Так продолжалось довольно таки долго, пока, однажды, на Ямайке, к нему не подошел человек и сказал:
- Тебя хочет видеть Морган.
Отказываться было опасно, Морган, вице-губернатор Ямайки, мог легко достать его даже в аду. На следующий день, в парадном наряде, он явился к Моргану.
- Ты хороший капитан, - сказал Морган. – Англии нужны такие офицеры, как ты. Я предлагаю тебе каперский патент. В обмен, разуметься, на долю добычи в казну Англии.
- А себе ты, сколько возьмешь за услуги? – дерзко спросил капитан брига, нисколько не смущаясь: о жадности Моргана ходили легенды.
- А ты не дурак, - последовал ответ. Морган улыбнулся. – Разуметься, мне тоже надо, на что-то жить, так что тысяча пиастров, и вопрос решен.
От такого предложения было трудно отказаться, и теперь он плавал под флагом Англии, как и прежде грабя, не особо разбирая, кто есть кто. Удача ему сопутствовала. До последнего плавания.
Удачно пограбив несколько испанских караванов, он собрался, было подождать в удобной бухте какое-то испанское судно, дабы захватить его в качестве приза и вернуться домой, как налетел жестокий тропический шторм. Два дня его корабль носило как скорлупку, пока, наконец-то, дней десять назад не вынесло к Барбадосу. Подлатав кое-как снасти, залатав дыры в корпусе, они собрались направиться к Бриджуану, как в бухту вошел испанский галеон, тоже, наверное, занесенный сюда недавним штормом. Последовала жаркая схватка, сопротивление испанцев было сломлено, но победа досталась слишком дорогой ценой: из сотни надежных ребят, в живых осталось меньше тридцати.
Взяв галеон в качестве приза, они на следующий день достигли Бриджуана. В городе проблемы продолжились: корабль пришлось ставить на верфь для ремонта. В доке бриг простоял всего неделю, но обошлось ему в приличную сумму. Да еще, вдобавок, несколько ребят из команды предпочли получить расчет и сойти на берег. Капитан ругался, умолял, просил, но они были не приклонены, и пришлось ему смириться. Всю неделю он бегал от одного местной таверны к другой, в поисках выбывших, но все было тщетно: как назло, там ошивались такие отбросы общества, что их бы не отправили даже рабами на плантации, а не то, что матросами. За все время, ему удалось нанять только трех или четырех человек. Мда, все-таки придется плыть в Суринам, благо знакомый трактирщик нашел для него кое какую работенку: в обмен на свежий провиант, с десяток бочонков эля, вина и пятьсот пиастров доставить в Суринам контрабандой несколько сот бочонков с элем. Так, что выбирать не приходилось. Под убаюкивающее качание корабля на волнах, капитан заснул.
Anton-11
ГЛАВА 3.
Проспал он несколько часов, и проснулся лишь, когда ночь окутала море и покрыла черным одеялом корабль. Вскочив, мужчина потряс головой, отгоняя остатки сна. Надо же, как его разморило на ровном месте. Надо выйти на свежий воздух, проветриться.
Выйдя на палубу, капитан глубоко вдохнул полной грудью свежий ночной воздух, пропитанный морской влагой. Неспешным шагом он направился на бак, мысли его снова вернулись к юноше, с которым его свела судьба.
«Эх, жалко мальчишку, - промелькнуло у него в голове. – Пропадет ведь, дурак».
Виктор остановился, прислушался, и мысли его приняли другое направление. Повернувшись к одной из шлюпок, стоявших у левого борта, он взялся за брезент, приподнял его, постоял, рассматривая что-то, потом направился к матросскому кубрику.
- Боцман, - негромко позвал Виктор, открыв люк в черную бездну кубрика.
Послышалось сопение, шуршание, приглушенный звук голосов и из кубрика показался боцман.
- Возьми новеньких, - приказал Виктор, - и пошли со мной.
Боцман кивнул и спустился обратно в кубрик. Снова послышалась возня, недовольные голоса, приглушенный мат. Через несколько минут из люка, один за другим, вылезли три матроса. Замыкал шествие боцман с плеткой девятихвосткой.
- Идемте, - сказал капитан.
Виктор снова направился к левому борту. Матросы, словно тени, следовали за ним. Подойдя к шлюпке, капитан откинул брезент и повернулся к боцману.
- Что это? – резко спросил он, показывая на шлюпку.
Боцман наклонился, затем резко выпрямился. В лодке сном праведника спал сигнальщик. Глаза боцмана сузились, последовало неуловимое движение, и несчастный матрос распластался на палубе, не успев проснуться.
- Ах, ты…, - прорычал боцман, ставя на ноги сигнальщика.
От толчка, матрос отлетел к мачте, в воздухе свистнула плетка.
- Один, два, три, - губы капитана шевелились в такт наносимым ударам, - пять…, десять…, двадцать… Достаточно…
Виктор перехватил руку расходившегося боцмана и оттолкнул его.
- Уберите это, - грубо сказал он. – В якорную яму его.
Двое матросов уволокли сигнальщика. Виктор направился обратно на ют, не сказав больше ни слова. Жестом приказав убраться вестовому, он прислонился к штурвалу. Тихо поскрипывал рангоут, ветер шелестел в верхушках мачт, то тут, то там, на берегу загорались и гасли огни. Настроение портилось, Виктор никак не мог понять, что с ним происходит. Расслабившийся от тишины, какой может быть только тишина ночью на корабле, стоящем на рейде, и которую может понять только тот, кто сам жил морем, он потерял счет времени. С порта до его слуха доносились отголоски берегового шума, за его спиной переругивались матросы, решившие провести эту ночь на палубе, но он не слышал ничего, погрузившись в мир своих дум и грез. Мысли его витали настолько далеко, что он и сам, пожалуй, не смог потом рассказать – что виделось ему в его полугрезах. Дальние страны, неизведанные земли, новые моря и океаны, непознанные меры. Остались ли еще такие в этом мире, куда он мог бы направиться и завоевать для себя славу первооткрывателя?
Из задумчивости Виктора вывел странный звук. Встряхнув головой, он прислушался: ему послышались тихие удары весел по воде. По-видимому, на палубе тоже услышали шум за бортом, потому что несколько матросов, еще не спавших, не смотря на поздний час, перегнулись через борт, всматриваясь в ночь.
- Сэр! – закричал один из них, повернувшись к капитану. – Ялик плывет к нам, уже рядом!
Стряхнув оцепенение, Виктор, не торопясь присоединился к ним. Небольшая рыбацкая лодка была настолько близко к бригу, что ее можно было разглядеть даже в тусклом свете корабельных фонарей. В шлюпке находился один человек, из всех сил гребший кораблю. Силы покидали гребца, каждый взмах веслами давался ему с трудом.
- Что вы стоите, как тюлени? – загремел Виктор. – Быстрее, спускайте трап! Помогите, ему!!!
Загремел трап, с плеском плюхнувшись в воду, двое матросов поспешили вниз. Человек, оглянувшись, из последних сил, сделал несколько взмахов веслами, и в изнеможении упал на скамейку. Шлюпка, по инерции проплыла еще с десяток ярдов, ткнулась носом в борт брига рядом с трапом. Один из матросов, подхватил лодку за нос, притянул ее поближе и прыгнул в шлюпку. Шлюпка качнулась, моряк наклонился над незнакомцем, помог ему подняться.
- Спасибо, - услышал Виктор знакомый голос из шлюпки. – Я сам…
Незнакомец, не смотря на усталость, схватился за трап и принялся карабкаться на палубу. За ним следом, привязав лодку и помогая ему тащить какой-то тюк, стали подниматься матросы. Через несколько секунд, незнакомец перебрался через фальшборт, и облокотился на него, что бы не упасть.
- Вот так, так…, - Виктор даже не удивился. – Вот так встреча! Уж не ожидал тебя увидеть!
- Я не мог по-другому…, - слова срывались с уст его недавнего знакомого, казалось, с трудом.
- Рому! – потребовал Виктор и помог сесть юноше на палубу. Из пустоты вынырнул кубок, молодой человек взял его, но пить не стал. – Не иначе, как ты повстречался с городской стражей?
- Да, - ответил юноша, словно не заметил сарказма в голосе капитана и понимающих полуулыбок на лицах тех, с кем он несколько часов назад принял участие в драке. – Теперь назад, в город, мне точно дороги нет.
- Тебя никто не видел?
- Ты за кого меня принимаешь?
Он быстро приходил в себя после бешенной погони, и столь же сумасшедшей гребли на шлюпке, после того как уложил двоих кирасиров, а остальные потеряли его след в нескольких кварталах от порта.
- За обычного мальчишку, который натворил делов, а теперь старается спасти свою шкуру, - сарказм все сильнее звучал в голосе Виктора.
- А разве ты не имел к этим делам прямого отношения? – сарказм зазвучал теперь в голосе юноши, и Виктор захохотал.
- Стало быть, ты принимаешь мое предложение? – спросил он, протягивая руку юноше.
- А разве у меня есть выбор? – молодой человек пожал руку капитану, и пожатие его было, на удивление сильным и мягким.
- Есть, - ответил Виктор. – Море или виселица. Значит договорились?
Молодой человек кивнул.
- А зовут тебя как?
- Жан, - ответил юноша. – Меня зовут Жан…
- Земля!!! - звонкий голос марсового перекрыл вой ветра в снастях. - Земля слева по борту!!!
- Ну, а меня – Виктор, - ответил капитан. – Добро пожаловать на борт, сынок…
Anton-11
ГЛАВА 4
Матросы, под руководством боцмана драившие палубу, побросав ведра и швабры, мгновенно оказались возле фальшборта. Два человека, склонившиеся на юте над картой, тоже оставили свое занятие и подошли к борту. Но, сколько ни вглядывались они в даль, на горизонте ничего не было видно, кроме странного марева, клубившегося над морем. Тогда офицеры синхронным движением достали откуда-то из под складок камзолов подзорные трубы и устремили взгляд в море. Видимость лучше не стала, но теперь можно было разглядеть вдалеке низкий берег, изрытый небольшими бухточками. Один из мужчин, сложив трубу, подхватил веревку, к которой был привязан лаг, и вытащил его. Бросив взгляд на него, он снова бросил его в море.
- Восемь узлов, - сказал мужчина. - И ветер крепчает.
Вернувшись к столику, офицеры склонились над картой. Через несколько минут, один из них, тот что доставал лаг, вытащил секстант, подошел к борту, проделал несколько движений над инструментом и вернулся назад. Нахмурив брови, он провел карандашом на карте какие-то вычисления, затем ткнул в точку на листке.
- Мы тут, - сказал лейтенант, он же штурман. - Нас снесло слишком далеко на юг от места назначения. Надо менять курс на вест-вест-норд.
Они снова склонились на картой.
Прошло полчаса, склянки пробили полпервого. Бриг стремительно неся левым галсом, берег теперь было видно даже невооруженным глазом.
- Эгеееей! - снова загремел звонкий голос. - Поберегись!!!
Один из матросов карабкался по вантам к "вороньему гнезду". Молодой марсовой, уступая место своему товарищу-сменщику, вылез из гнезда, вскочил на рей и ухватился за трос. Матрос, с ловкостью кошки, занял свое место и кивнул товарищу. Тот ответил кивком, покрепче схватился за канат, с проворством, которому позавидовали и более опытные моряки, устремился вниз.
- Вот ведь гаденыш, - прошептал штурман. - Сейчас разобьется...
Но молодой человек не разбился. Ловко замедлив ход у самой палубы, он почти остановился, канат качнулся маятником, и юноша, отпустив трос, опустился на палубу возле самого штурвала.
- Сэр..., - проговорил он.
С палубы раздался чей-то смешок, некоторые из матросов, следившие за спуском юноши, одобрительно кивали головами. Капитан нахмурился, но улыбающееся молодого марсового светилось какой-то странной радостью, усиливая привлекательность юноши. Это обстоятельство, почему-то, очень смутило Виктора и выговор его был не таким строгим, как он того хотел.
- Прошу вас, - жест капитана красноречиво указывал на заднюю часть юта, к рулевой балке.
Они отошли в сторону и Виктор негромко, но достаточно строго проговорил:
- Вот что, молодой человек... Вы, надеюсь, прекрасно помните на каких условиях вы нанялись на корабль?
- Да, сэр, помню.
- Так вот, не заставляйте меня пересматривать эти условия. Ваши действия идут в разрез корабельной дисциплиной. Вы хоть знаете, что такое дисциплина?
- Знаю, сэр, - голос Жана становился все тише.
- Я весьма сомневаюсь, уважаемый. В общем так, сэр. Еще одна подобная выходка и я вынужден буду применить одну из тех мер, что предусмотрены морским уставом и нашим с вами договором. Вы меня поняли?
- Да, сэр, - юноша сорвал матросскую шапочку. - Простите, сэр, больше подобного не повториться.
- Надеюсь весьма.
На этом разговор прервался. Собеседники вернулись к столику. Виктор несколько минут рассматривал карту, переглядываясь со штурманом. Затем, взяв секстант, он протянул его Жану.
- Умеешь пользоваться этой штукой? - спросил он.
- Да, сэр, умею, - краска медленно сходила с лица юноши.
- Определите наши координаты, затем выскажите свои соображения.
- Но, сэр, полдень уже миновал, вычисления могут быть не совсем точными, даже если принять во внимание поправки и коэффициенты.
- Это не столь важно. Приступайте.
- Есть, сэр, - ответил Жан, вытянувшись, хотя в этом не было никакой необходимости.
Бросив взгляд на солнечные часы, юноша взял секстант и стал возиться с ним. Капитан и штурман отошли в сторону и усилено делали вид, что перешептываются между собой. Через несколько минут, молодой человек отложил секстант в сторону, проверил лаг и вернулся к столику. Склонившись над картой, он принялся писать что-то на листке бумаги.
- Эх, не стоило тебе его брать, - тихо, что бы, не дай бог, не услышал их Жан, шепнул лейтенант. - Разрази меня гром! Хлебнем мы с ним горя.
Виктор лишь пожал плечами. В принципе, штурман был неправ: проблемы, которые он предсказывал в будущем, уже начались. Начались в тот самый, злосчастный день неделю назад на Барбадосе, когда он имел неосторожность поддаться внутреннему голосу и настоять на том, что бы молодой человек вступил в его команду, став одним из членов Берегового братства.
Anton-11
ГЛАВА 5.

Все началось уже после того, как все формальности были улажены, и Жан спустился в матросский кубрик с вещами. Спустился, впрочем, ненадолго: через пятнадцать минут он вернулся с одеялом. Капитан, направлявшийся к себе в каюту, не очень то удивился этому обстоятельству: многие матросы предпочитали спать в жаркие тропические ночи на палубе. Судовладельцы и корабельные офицеры закрывали глаза на эту вольность, поскольку она не противоречила правилам, и командир брига прошел бы, наверное, мимо, не обратив внимания на нового юнгу, если бы его не привлекла одна фраза, сказанная в сердцах юношей.
- И как можно спать в этой норе? Там же задохнуться можно, в этом кубрике...
Свирепый взгляд, брошенный боцманом и одним из матросов, расположившихся неподалеку, красноречиво говорил, что Жану доведется весьма жестоко поплатиться за свои неосторожные слова. Капитан резко повернулся к новичку. Драки на корабле между членами экипажа карались, согласно правилам братства, высадкой на необитаемый остров для зачинщиков драки и сорок ударов плеткой-девятихвосткой осмелившегося оскорбить или ударить другого члена экипажа, поэтому он не мог допустить, что бы на борту его судна разразился конфликт. Но и оставлять безнаказанным завравшегося юнца было тоже нельзя. И Виктор схватил его за ворот новенькой робы.
- Тебе не нравиться что-то в моем судне? - хрипло спросил он.
Приподняв Жана словно пушинку, капитан вперился в него гневным взглядом.
- Нет, но..., - юноша даже не пытался сопротивляться.
- Сэр!!! - рявкнул ему в лицо капитан.
- Нет, сэр!
- Так вот, родной мой, - в словах Виктора явно начал проскальзывать русский акцент, - если я еще раз услышу недовольство, то пеняй сам на себя! Ты понял?!
- Да, сэр! - в голосе юнги не слышалось даже капли страха, и это злило капитана больше всего.
- А теперь отчаливай! - продолжал рычать капитан. - Твое место при камбузе! Проваливай, пока я добрый, не то скормлю твои внутренности акулам!
Жан не стал заставлять себя долго упрашивать, нырнул в кубрик. Минуту спустя он показался на палубе вместе со своим нехитрым скарбом.
- Доброй ночи, - обратился он к присутствующим.
Матрос и боцман ничего не сказали, а капитан только кивнул в ответ. Юнга вздохнул и скрылся на камбузе.
Утро следующего дня застало команду за работой: надо было как можно быстрее перегрузить на корабль бочонки с контрабандными напитками. Жан, не смотря на трудный день и еще более трудный вечер накануне, выглядел посвежевшим и носился между матросским и офицерским кубриками, накрывая на стол, подавая еду, убирая посуду и выполняя другую работу. Ничто не предвещало беды, но оная не заставила себя долго ждать. Разразилась она уже ближе к вечеру, когда уставшие до последней степени матросы перетаскивали последние бочки с ромом и элем в грузовой отсек.
Не задолго до ужина на камбузе раздался шум и отборная ругань. Поначалу, никто не обратил внимания на шум: разборки между коком и юнгой были обычным и весьма привычным делом. Но когда дверь, ведущая в камбуз, с треском слетела с петель и с треском рухнула на палубу, все матросы дружно прекратили работу и уставились на камбуз.
Следом за дверью на палубу вылетел кок. Зацепившись за комингс, он пролетел несколько метров и растянулся на деревянном настиле без движения. Рубашка его была порвана от рукава до пояса, из раны на плече текла кровь. Следом за коком из камбуза стрелой вылетел Жан, сжимая в руке внушительных размеров тесак.
- Ах ты, мразь..., - отборная ругань слетала с уст юноши. - Чтоб тебя...
На торговом ли флоте, на военном ли, или у пиратов и контрабандистов, но коков особо команда не жалует, поэтому матросы с удовольствием наблюдали за происходящим, не спеша вмешиваться. Кок попытался подняться, но юноша пхнул его сапогом, и тот снова повалился на палубу.
- Так его, так!
- Арррррргх! Поддай ему сынок, что б ему пусто было!
- Пускай отведает ту тухлятину, что нас кормит! - слышалось со всех сторон.
Шутки и одобрительные возгласы разом стихли, когда юнга, вместо того, что бы в очередной раз ударить кока ногой, обутой в высокие, выше колен, ботфорты, занес над пытавшимся встать несчастным тесак с явным намерением раскроить ему голову. Чья-то могучая рука перехватила его, не дав закончить начатый удар.
- Эй, ты..., - услышал он знакомый голос боцмана. - Не шали, малыш... Пошутили и будет...
Резким и неожиданным движением, Жан нырнул вниз, освобождаясь от захвата, и снова выпрямился, на этот в нескольких шагах от боцмана. Тесак по-прежнему был в его руке. Чем закончилась бы данная история, неизвестно, но весьма кстати на поле боя появился капитан. Увидав его, юнга схватил за руку командира, не дав вмешаться и пустить в ход свою праведную ярость, и потащил на камбуз.
- Идемте, сэр, идемте, я сейчас вам кое-что покажу...
Следом за ним, в маленький камбуз втиснулся боцман, остальные остались стоять у входа, заглядывая по очереди.
- Посмотрите, сэр, что он пытался подать вам на ужин, вместо тушеного кролика, - послышался голос Жана.
Он повернулся лицом к капитану и боцману, что-то сжимая в руке. Конечно, морякам не привыкать питаться в долгих походах заплесневевшим хлебом и червивой солониной, но сейчас увиденное вызвало отвращение даже у видавших виды морских волков: юноша держал в руках выпотрошенную дохлую крысу.
Несколько часов спустя, когда погрузка была закончена, кок был нещадно выпорот у грот-мачты и брошен в якорную яму, к несчастному сигнальщику. Жан стал безраздельным хозяином камбуза. К нему в помощь был поставлен еще один юнга, нанятый, по чистой случайности, уже перед самым отплытием. Впрочем, на камбузе юноша тоже долго не задержался.
На следующий день, около полудня, закончив дела на камбузе, Жан поднялся на палубу перевести дух. Земля осталась далеко позади, бриг стремительно рассекал водную гладь под всеми парусами. Соленые брызги перелетали через фальшборт, свежий ветер приятно холодил лицо. Постояв несколько минут, юноша вернулся от своих фантазий к реальности: на судне явно шел рукопашный бой, с юта, невидимого со стороны корабельной кухни, слышался звон сабель и шпаг. Проклиная себя последними словами, юноша нырнул обратно в свою каморку возле камбуза и пулей вылетел назад, сжимая в руке палаш, схватился за ванты, с быстротой молнии перелетел на ют и замер в оцепенении.
Все фантазии, рожденные его богатым воображением, мигом рассеялись. Юнга рассмеялся, схватившись одной рукой за живот и опустившись на колени. Какой же он глупец! Разуметься, никакой вражеский корабль не настиг их и не взял на абордаж, глупее этого нельзя было и придумать. Капитан, верный своим принципам, просто устроил смотр своим ребятам и, дабы те не расслаблялись, организовал показательный бой, имитируя абордажную атаку. Матросы с яростью рубились учебными саблями и рапирами, взбираясь даже на ванты и фальшборт.
Жан некоторое время наблюдал за боем, но потом его что-то неприятно кольнуло. Обернувшись, он увидел на полуюте капитана, пристально смотревшего на него. Ярость вдруг овладела юношей, с ловкостью пантеры он прыгнул в гущу свалки, боевой палаш вонзился в мачту - не дай бог, поранить или убить кого в пылу схватки. Против него оказались двое матросов, приближавшиеся с явной целью устроить хорошую трепку зарвавшемуся юнцу, но удар пудовым кулаком пришелся в пустоту. Мгновением спустя Жан вынырнул за спиной моряка и тот растянулся на палубе. Движение было настолько быстрым, что никто не понял, что произошло. Юноша нагнулся, и в его руке мелькнула сабля поверженного им матроса. Отразив удар второго матроса, он сломя голову ринулся в бой.
Командир брига, тем временем, продолжал неподвижной статуей стоять на полуюте, наблюдая за боем. Разуметься, он видел безумную выходку юнги, но не счел нужным вмешиваться по ряду причин. Во-первых, пускай порезвиться и отведет душу. Получит пару раз по физиономии, походит недельку другую с синяками, станет поспокойнее, поутихнет малость. Ну, а во-вторых... Во-вторых, он чувствовал в Жане настоящего бойца, прирожденного моряка. Он прекрасно понимал, что на камбузе ему делать нечего и его надо переводить обратно в матросский кубрик. Так, что пускай покажет себя...
И Жан показал! И показал еще как. Даже капитан брига, помнивший недавнюю схватку в портовом трактире, восхитился юнгой: владел холодным оружием он просто замечательно. Вскорости, бой на юте утих и матросы кучей обступили Жана, сражавшегося против трех их товарищей. Словно волки, они набросились на него, но ярость и численное преимущество не помогли морским волкам: удары сабли юнца настигали их, в то время как по самому юноше попасть они не смогли ни разу. Через несколько минут, когда уже изрядно выдохшиеся моряки были готовы отступить, как с полуюта раздались шаги, зычный голос приказал:
- Добро, ребята! Прекратили, а то еще покалечите друг друга!
Виктор прошел сквозь расступившуюся толпу улыбающихся матросов, еще разгоряченных после боя.
- А ты ничего, - обратился он к Жану. - Дерешься весьма неплохо.
Легким движением он вытащил из грот мачты палаш, осмотрел его и бросил юнге. Тот без особого труда подхватил его. Виктор достал из ножен саблю, занял боевую позицию.
- Ну же, давай посмотрим чего ты стоишь в настоящем бою.
- Всегда к вашим услугам, капитан, - ответил Жан, церемонно поклонившись.
Но капитан не стал ждать положенных церемоний и ударил юношу. Конечно, он мог убить его, используя его же неосторожность, но сабля только распорола рукав, пронзив мякоть руки, из раны тонкой струйкой потекла кровь, одобрительный рев и смех прокатился среди матросов. Юноша отпрянул назад, в его глазах зажегся огонек холодного бешенства. Впрочем, командиру брига не удалось упрочить свой успех: он быстро понял, что ему попался очень опасный соперник. Жан, уступая ему в физической силе, превосходил ловкостью и техникой владения клинком, явно полученными не только в фехтовальных залах. С кошачьей ловкостью он уходил от атак, смело контратакуя. Несколько раз он имел возможность закончить бой одним ударом, но каждый раз клинок только касался груди капитана, имитируя укол, и бой продолжался. Обозлившись, Виктор выбрав удачный момент, капитан снова сделал выпад, но юноша вдруг исчез с линии атаки, и свет померк в его глазах: что-то тяжелое обрушилось ему на голову, настил палубы стремительно приблизился и он потерял сознание.
Что-то холодное текло по его лицу, стекая за шиворот. Виктор застонал и попробовал перевернуться на бок.
- Лежи смирно, - сквозь звон в ушах услышал капитан чей-то очень знакомый голос.
С трудом преодолевая боль, он открыл глаза. Перед глазами плыли круги, лица людей, склонившихся над ним двоились, к горлу подступал неприятный комок. Чья-то сильная рука подняла ему голову, о зубы что-то стукнуло, в ноздри ударил резкий запах какого-то варева.
- Пей, - приказал зычный голос.
Затуманенное сознание противилось столь бесцеремонному обращению, но обладатель зычного голоса силой разжал ему зубы и заставил проглотить из кружки несколько глотков омерзительно пахнущей жидкости. Почти сразу же сознание начало проясняться, тошнота отступила, пелена словно спала с глаз. Скривившись, Виктор поднял руку и оттолкнул кружку. Неизвестный отклонился в сторону и капитан узнал корабельного хирурга, рядом, поддерживая командира за голову, сидел на корточках боцман.
- Сколько пальцев ты видишь? - спросил лекарь, показывая руку.
- Да пошел ты..., - прорычал сквозь силу Виктор.
Одобрительный смех прокатился о кораблю. Капитан попытался сесть, но палуба качнулась, уплывая из под него, и он бы упал, не поддержи его голову руки. Повернувшись назад, капитан увидел Жана, также стоявшего на корточках рядом с боцманом.
- Простите, сер, - юнга виновато опустил глаза. - Я не хотел...
Запнувшись, он замолчал. Капитан поморщился, вызвав новый приступ смеха среди матросов. Головная боль быстро проходила, мир снова наполнялся яркими красками. Виктор потряс головой, затем предпринял новую попытку подняться.
- И не думай даже, - резким тоном приказал лекарь, затем обратился к матросам. - Эй, ребята, помогите мне...
Совместными усилиями несколько матросов помогли капитану перебраться к грот-мачте. Пощупав пульс, бегло глянув в зрачки, врач приложил к лбу капитана мокрую тряпку.
- Два дня покоя! - резко проговорил он и, упреждая резкие слова, готовые сорваться с уст капитана, прорычал. - Каррамба!!! Чтоб тебя акулы сожрали с потрохами!!!
- Ладно, не шуми, - ответил капитан.
Лекарь кивнул и, резко повернувшись к юнге, резко взял его за руку.
- А теперь, молодой человек, давайте займемся вами!
Впрочем, долго возиться с раной юноши не пришлось: сабля только разодрала кожу, рана почти не кровоточила. Наложив юнге повязку, лекарь повернулся снова к Виктору.
- Двое суток! - повторил он и ушел на бак.
Повинуясь молчаливому взгляду командира, принялась заниматься своими делами и команда. Рядом остался лишь Жан. Виктор поднял голову, подставляя лицо под приятные тропический ветер, наполненный запахами моря.
- Где ты так научился драться? - спросил он. - Только я прошу - избавь меня от красивых сказок и легенд, я ими сыт по горло и не верю в них.
Юноша понимающе кивнул, без церемоний уселся на мокрую от перелетающих через борт брызг палубу напротив капитана.
- Мой отец был английским дворянином и морским офицером в Королевском флоте. Он сильно любил море, любил до безумия, любил больше жизни. Не знаю, может быть это у меня наследственное, но... Я с малых лет плавал вместе с ним - отцу удалось добиться разрешения, что бы меня приняли сначала юнгой на шняву, охранявшую побережье, а потом, когда мне исполнилось восемнадцать лет, он взял меня матросом на свой фрегат. Где только мы не побывали за три года: Карибское, Белое, Японское, Балтийское море, Атлантический океан, Тихий... Он сам преподавал мне все премудрости матросского и штурманского дела. Ну, а холодным оружием меня научил владеть один учитель фехтования из Японии, плававший вместе с моим отцом...
Юноша замолчал, было заметно, что на его душе лежит какая-то тяжесть.
- Твой отец погиб? - спросил Виктор.
- Да, год назад, во время боя с испанцам в Карибском море. Мой отец был сторонником Карла Второго, и революция отобрала у него все: имение, титул, все...
Жан отвернулся, голос его задрожал. Несколько минут капитан изучал юношу.
- У меня есть к тебе предложение, - сказал он наконец-то. - Тебе нечего делать на камбузе и на баке. Возьмешься обучать команду фехтованию?
В тот же день юноша, переселился с камбуза в одну из трех кают на юте (две из них занимали капитан и штурман). Теперь, каждый день, в свободное от вахт время, команда, под его руководством, начала познавать тайны фехтования.
Anton-11
ГЛАВА 6

...Виктор тряхнул головой, отрываясь от воспоминаний. Учитель из Жана был хороший, надо было отдать ему должное, да и знания в штурманском и матросском деле тоже у него были немалым, но вот дисциплина... Дисциплина юноши малость хромала, и он все больше укреплялся в своих сомнениях - а действительно ли его новый офицер служил на Королевском флоте? Не был ли он, учитывая прошлое его отца, одним из них, живших за счет морского грабежа и разбоя?
Жан закончил вычисления и повернулся к старшим офицерам. Капитан и штурман вернулись к столику.
- Мы здесь, сэр, - юноша ткнул пальцем в точку на карте, неподалеку от красного крестика, нанесенного совершенно недавно штурманом, почти на самой границе Суринама и Бразилии.
Капитан кивнул головой.
- Сэр, - продолжал Жан, - идти в Новый Амстердам тем маршрутом, которым мы идем сейчас, я бы не советовал.
Новый Амстердам, некогда заброшенное испанское поселение, контролировавшееся голландцами и служившее прибежищем для пиратов всех мастей, было тем местом, куда они направлялись.
- Что? - Виктор, забывшись, угрожающе надвинулся на юношу.
Жан, казалось, совсем не испугался нависшего над ним капитана, намного превосходившего его по росту, задорный огонек зажегся в его глазах.
- Мне ли вам указывать, столь большому и знаменитому человеку..., - откровенный сарказм звучал в его голосе. - Но, позвольте вам заметить, что на Барбадосе в последние ползли весьма упорные слухи о том, что Англия и Голландия снова воюют, и что англичане заключили военный союз с португальцами. Теперь голландцам приходиться остерегаться португальцев и они держат у южных границ Суринама и возле Бразилии весьма сильную эскадру, а северная часть Суринама и острова, принадлежащие голландцам в Карибском море, охраняются не столь тщательно...
Ветер растрепал красную повязку на шее юноши, полностью закрыв его лицо.
- Я бы сейчас рекомендовал вам отвернуть на север, отойти миль на пятьдесят на север, взять курс на запад и попробовать прорваться со стороны Поэрто-Бело...
Жан опустил голову, казалось, его взгляд кокетливо изучает капитана. Виктор поморщился: нечто подобное он уже слышал, но подобным слухам он не верил, считая их домыслом - мира в Карибах не было никогда. Даже когда вчерашние враги заключали мир, на море продолжала греметь не объявленная война с помощью пиратов и пиратским способами. Но ему было неприятно, что юноша, зеленый еще мальчишка, разбирается в таких тонкостях не хуже его самого.
- Хорошо, я учту, - холодно ответил Виктор. - Благодарю за совет.
Бросив взгляд на солнечные часы, он снова повернулся к Жану.
- Вам пора давать уроки фехтования команде, - в голосе командира прозвучало легкое ехидство.
Краска залила лицо юноши. Не сказав не слова, он круто повернулся, щелкнул ботфортами и легким шагом слетел по шканцам на палубу. Офицеры засмеялись.
- Ох, - проговорил, проводя мозолистой ладонью по лицу, штурман. - Будь он барышней, я бы наверняка сказал бы, что он в тебя втюрился.
Они снова посмеялись, не сводя глаз с молодого человека, отдававшего какое-то приказание боцману. Раздался свисток боцманской дудки и через минуту все свободные от вахты матросы окружили боцмана и Жана.
- Так, ребята..., - донеслось сквозь завывания ветра. - Сегодня мы с вами будем отрабатывать защиту и ложные выпады...
Ветер заглушил дальнейшие слова. Капитан потянулся, зевнул, наблюдая, как юноша что-то объясняет матросам, проделывая замысловатые движения саблей. Затем, команда разбилась по парам на свободном пространстве палубы, зазвенели скрещенные сабли, моряки начали отрабатывать фехтовальные приему, показанные только что их учителем. Жан переходил от одной пары к другой, периодически останавливаясь и давая указания. Капитан снова потянулся: сказывалась сильная усталость, глаза предательски слипались.
- Вот что, штурман, - сказал он. - Сейчас, кажется, твоя вахта?
Тот кивнул.
- Я пойду сосну, а ты смотри в оба. Если что - сразу буди меня.
Лейтенант снова кивнул. Виктор направился к своей каюте, взялся за дверь, но открыть ее не успел.
- Вижу парус! - послышался с верхушки грот-мачты голос марсового. - Двадцать парусов прямо по курсу!!!
Anton-11
ЧАСТЬ 2.

ГЛАВА 1.

Скалистый мыс, лежавший чуть левее по курсу брига, выступал далеко в море, будучи естественным укрытием берега от ветров и ураганов. Именно он был главной причиной того, что ураганы и тайфуны, бывшие частыми гостями в этих широтах, если и не обходили Суринам стороной, то, по крайней мере, не причиняли столько бед, как их сородичи, проносившиеся на несколько градусов севернее, у Больших и Малых Антильских островов. И именно он служил источником других, более жестоких бед, нежели шторма: не менее жестокие пираты использовали мыс для внезапных атак на купеческие караваны. Но сейчас на встречном курсе брига под всеми парусами неслись не пиратские легкие шнявы, быстроходные бриги и маневренные каравеллы, а хорошо вооруженные, не менее быстроходные и маневренные голландские военные фрегаты.
Засвистели боцманские дудки, команда, попрятав оружие, бросилась к корабельным орудиям и вантам. Капитан пинком оттолкнул рулевого, схватился за штурвал. Бриг, зарывшись носом в крутую волну, лег на другой галс так, что бы голландская эскадра оставалась по прежнему прямо по курсу, но при этом бриг расходился с ней в полумиле левыми бортом, на расстоянии пушечного выстрела.
- Флаг! - заорал Виктор помощнику, от лихого виража чуть не вылетевшего за борт и крепко державшегося за поручни. - Черт тебя побрал! Флаг!!!
Штурман, весь мокрый от брызг, еле оторвавшись от опоры, исчез в своей каюте. Мгновение спустя он появился с куском материи в руках; еще несколько мгновений и на флагштоке взмыл черный вымпел (в данном случае речь идет не о пиратском флаге, а именно о вымпеле черного цвета, поднимавшегося на кораблях не зависимо от их принадлежности в том случае, если на борту судна свирепствовала чума, - прим. автора).
- Давайте, ребята, поторопитесь, - загремел Виктор. - Пушки к бою!
Но подгонять команду было излишне: матросы вместе с боцманом уже выкатывали пушки, готовя их к возможному бою, благо с голландского флагмана пока еще не могли разглядеть что твориться на борту брига. Через несколько минут на ют взлетел боцман, за его спиной виднелась худощавая фигура Жана в мешковатом комбинезоне.
- Сэр, мы готовы, - отрапортовал боцман.
Капитан кивнул, боцман исчез, словно и не было его. Юноша не спешил покидать мостик и занял место сразу за капитаном. Глядя на его горящие и возбужденные в ожидании схватки глаза, Виктор только качал головой: молод, юн. Хотя он сам разве не был таким когда-то?
Командир еще немного покачал головой, затем снова передал штурвал рулевому, достал трубу и принялся наблюдать за стремительно приближающейся голландской эскадрой. Оставалось надеяться, что, видя голландский флаг и черный вымпел, адмирал эскадры не рискнет останавливать их, а уж тем более досматривать.
- Капитан, - Жан тихонько тронул его за рукав. - Посмотрите вон там.
Надежды на благополучный исход стали быстро таять вместе быстроходным флейтом, отделившимся от эскадры и направившимся в их сторону.
- Ну что, же, - тихо сказал Виктор, опуская трубу. - Остается надеяться только на чудо.
От носовой части флейта отделилось облачко дыма, в нескольких кабельтовых от носа брига всплеснулся маленький бурунчик: флейт недвусмысленно предлагал неизвестному кораблю лечь в дрейф.
- Убрать паруса! - донеслась команда с юта. - Право руля!
Бриг снова зарылся носом в воду, круто повернув к ветру, паруса были убраны, корабль заскользил по инерции по водной глади. Флейт стремительно приближался, хотя с его борта уже могли разглядеть и флаг, и черный вымпел на грот мачте. Капитан перегнулся через перила, но отдать приказ не успел.
- Паруса!!! - раздалось с "вороньева гнезда". - Вижу несколько парусов прямо по курсу у голландцев!!!
И действительно, из-за португальского берега один за другим начали показываться силуэты больших трехпалубных судов. Корабли, прокравшись возле самого берега незамеченными, находились очень близко и в их принадлежности не было никакого сомнения: это были линейные корабли англичан.
Флейт, то ли по причине внезапно появившихся вражеских кораблей, то ли узрев, наконец-то, черный вымпел на бриге, решил не искушать судьбу и, повернув круто под ветер, устремился к голландской эскадре, уже начавшей разворачиваться боевым порядком к англичанам. С кормы флейта поднялось несколько облачков, несколько бомб с шумом упало неподалеку от брига.
- Ставить паруса! - загремел капитан. - Ложись на правый галс!!! Шевелитесь!!!
Матросы в считанные секунды подняли паруса и бриг заскользил по водной глади. За кормой брига зазвучали первые залпы морской битвы.
- Ух, - вытирая пот со лба, сказал Жан. - Повезло...
Капитан и штурман не ответили, изучая в подзорные трубы отдаляющееся морское сражение: голландские корабли, будучи более маневренными и находясь в более выгодной позиции, начинали теснить англичан.
- Да, повезло, - сказал, наконец-то, Виктор и его лицо неожиданно осветила улыбка. - А ты действительно везунчик, парень...
Anton-11
ГЛАВА 2

Солнце клонилось к закату. Молодой моряк в мешковатом костюме расхаживал по юту за спиной у рулевого, на его лице играла мечтательная улыбка. Подгоняемый свежим ветром, бриг несся вдоль низкого берега, брызги перелетали через фальшборт, ветер приятно холодил нежную кожу лица, бронзовую от загара и серую от усталости. После неприятной встречи с голландской эскадрой, едва не стоившей жизни смельчакам, капитан решил не рисковать и не искушать судьбу. Оставив англичан и голландцев выяснять отношения, он предпочел выйти в открытое море, что бы избежать случайной встречи с патрульными судами. На следующий день, бриг снова изменил курс и направился к берегам Суринама. Если ничего не измениться, то они прибудут в Новый Амстердам уже очень скоро...
- Сэр, - раздался голос рулевого.
Юноша обернулся.
- Сэр, - сказал рулевой, указывая куда-то вдаль. - Похоже, это Новый Амстердам...
Напрягая зрения, молодой человек разглядел в одной из бухт, которыми изобиловал берег, маяк и какие-то строения. Из бухты, под малыми парусами, вынырнуло небольшое судно, похожее на шняву, и устремилось в открытое море. Высокие мачты еще одного судна возвышались над портовыми сооружениями. Жан посмотрел вверх, туда, где на гроте расположилось "воронье гнездо".
"Спит он там, что ли?", - мелькнула мысль.
Намотав на руку обрывок троса, он спустился с юта на палубу и окликнул юнгу, того самого, что вместе с ним несколько дней назад начинал службу на камбузе.
- Разбуди капитана и помощника, живо.
Юнга исчез. Подойдя к гроту, Жан крепко схватился за трос. Карабкаться на самую верхушку не хотелось, и все же юноша решил проверить марсового.
- Ты куда это собрался?
Голос капитана заставил его соскочить с вантов. Виктор, зевая и потягиваясь, вышел из каюты и щурился из-под красного платка на голове на заходящее солнце.
- Марсовой спит на посту, сэр, - ответил Жан.
- И из-за этого меня стоило будить?
- Сэр, Новый Амстердам прямо курсу, - молодой вахтенный указал на приближающиеся портовые строения.
Через час бриг вошел в гавань. В небольшом заливе на якоре, кроме них, оказался еще один бриг и несколько шаланд, других судов в порту не было. Загремели с обеих бортов залпы салюта, ровно двенадцать их насчитали на берегу. В ответ с мола едва слышно хлопнула бронзовая сигнальная пушка: судну разрешали бросить якорь. От берега отвалила шлюпка с таможенным офицером и через несколько минут чиновник поднялся на борт.
- Что тут у вас? - вяло спросил он, пожимая руку капитану.
- Соль, сэр, - последовал ответ.
В карман чиновника легло несколько серебряных монет, и он яростно отмахнулся на попытку капитана открыть люк грузового отсека.
- Это абсолютно не зачем. Завтра найдите время, загляните в таможенную управу, уладим все формальности.
Понимающе переглянувшись с капитаном, таможенник спустился в шлюпку и вернулся на берег. Командир взглянул на юношу.
- Пойдемте и мы, сойдем на берег?
Тот устало поморщился, отрицательно покачивая головой.
- Идем, идем, - настоятельно потребовал капитан. - На берегу отдохнем. Штурман, вы остаетесь за командира.
Через минуту от борта отвалил четырехвесельный ялик. В считанные минуты, шлюпка достигла берега.
- Ты остаешься дежурным в лодке, - насмешливо сказал Виктор юнге, сидевшему на руле. - Остальные могут ждать нашего возвращения в ближайшей таверне.
Матросы не заставили себя долго упрашивать и шумной юрбой исчезли за ближайшими портовыми складами. Капитан кивнул Жану.
- Идем.
Они нырнули в ближайший переулок.
Новый Амстердам оказался небольшим поселением: около тысячи добротных, опрятных каменных домов, расположившихся на холмах. Возле западной оконечности города расстилались бесконечные поля, фермы и плантации какао. На восточной и южной окраине колонии расположились несколько мануфактур и ремесленных мастерских. В отличии от многих других колоний, где довелось побывать за свой короткий век Жану, и не смотря на дурную славу полупиратского поселения, город поражал своей чистотой и порядком: улицы широки и вымощены камнем, нигде не видно грязи, пьяниц, нищих и прочего отребья. Везде их встречали вежливые, улыбающиеся лица горожан. Небольшие морщины у губ юноши дрогнули, густые брови сдвинулись к переносице. Ему жутко захотелось сейчас вспылить, выхватить шпагу и ударить кого-то, пускай даже его самого убьют.
- Мы уже пришли, - отвлек от грустных дум его знакомый голос и морщинки у губ исчезли неизвестно куда.
Они свернули в один из переулков торгового квартала, протиснулись сквозь весело гомонящую толпу мимо двухэтажного здания с вывеской, на которой были изображены несколько крупных колбас, мимо пекарни, кузницы, портняжной и столярной мастерской, вышли на небольшую площадь. Рядом с ними виднелись несколько зданий, на другой стороне расположилось приземистое здание, видимо управа, и церковь.
- Нам туда, - кивнул Виктор, указывая на здание по соседству. Судя по вывеске, там располагалась местная забегаловка.
Таверна тоже оказалась заведением весьма приличным: чистота и порядок здесь блюлась также строго, как и в самом городе. За столами чинно расположились местная элита, - капитаны кораблей, судовладельцы, контрабандисты всех мастей, - потягивая из высоких кружек пиво, вполголоса, дабы не мешать другим, переговариваясь между собой. От свечей на потолке лился мягкий, приятный свет, освещая украшенные замысловатой резьбой по дереву, картинами и статуями в нишах стены. За стойкой, в дальнем конце зала расположился высокий, дородный мужчина, очевидно владелец трактира, напротив, на небольшой сцене, музыканты играли веселую мелодию.
Увидав вошедших, трактирщик сдвинул брови и, перехватив взгляд мужчины в красном платке, едва заметно кивнул. Виктор кивнул в ответ, направился к одному из свободных столиков и без церемоний уселся в высокое кресло. Жан плюхнулся рядом, откинулся на спинку и закрыл глаза. Предательски ныл живот, хотелось скинуть осточертевшие ботфорты, вытянуть затекшие ноги и немного отдохнуть.
- Что будете заказывать? - бархатный голос девушки-служанки вывел его из состояния полузабытья.
- Яду, - ответил Жан, открываю глаза.
Девушка недоуменно уставилась на него.
- Не обращайте внимания, - улыбнулся Виктор, пристально глядя на пышногрудую красотку. - Мой товарищ устал и не в духе. Принеси-ка нам, детка, ваш фирменный ужин и по паре пива.
Девушка кивнула и повернулась что бы уйти. Виктор подмигнул своему товарищу и ущипнул девушку. Девушка тихо ойкнула, ускорила шаг и исчезла за колоннами. Капитан довольно улыбнулся в усы, наклеенные специально для выхода на берег, и откинулся на спинку кресла. Через минуту, уже другая девушка (что, впрочем, не спасло ее от бесцеремонных ухаживаний капитана) подала им пиво. Жан отхлебнул из кружки и поморщился: пиво было хорошим, очень хорошим, но ему сегодня было уж слишком все безразлично. Принесенный ужин также не вызвал у него особого восторга.
- Что с тобой? - поинтересовался Виктор. – Уж, не морскую болезнь ли подхватил в конце плавания?
Жан поморщился, но заставил себя преодолеть слабость, оторвал крылышко куропатки и впился в него зубами.
Когда парочка почти закончила ужин и на стол поставили сладости и экзотические тропические фрукты, ночь опустилась на город, последние посетители разошлись по домам, таверна опустела. Убедившись, что в таверне не осталось посторонних, к ним подошел хозяин таверны.
- Идемте, - сказал он.
Поднявшись на второй этаж, трактирщик провел их в горницу.
- Товар на месте? - спросил он без церемоний.
- Да, ты можешь его забирать, - ответил Виктор.
- Добро, - сказал трактирщик. – Идите, отдыхайте, комнаты готовы. Завтра разберемся что и как.
Проведя беспокойную ночь (юноша - по причине плохого самочувствия, капитан - в виду того, что одна из служанок осталась на ночь в его комнате), утром они встретились в общей зале таверны. Помощник трактирщика уже ждал их.
- Идемте.
Через двадцать минут они достигли порта, сели в шлюпку, где их уже ждали хорошо погулявшие за ночь матросы. Через десять минут капитан с юношей поднялись на борт, к бригу причалили несколько шаланд и команда принялась разгружать судно.
Anton-11
ГЛАВА 3.

Пока матросы перекатывали бочки от трюма к шаландам, Виктор пригласил к себе в каюту помощника и Жана.
- Нам с вами, предстоит немало потрудится, - без церемоний начал он. - Новый Амстердам, хоть и не бог весть какой, но все таки порт. И нам с вами за ближайшие несколько дней надо найти человек тридцать для пополнения экипажа. Ребятам не будем портить праздник, пускай погуляют на берегу несколько дней...
К вечеру, когда разгрузка была закончена, капитан собрал команду.
- Спасибо, ребята, - сказал он. - Вы можете сойти на берег, всем даны увольнительные на три дня...
Вместе с командой, на берег отправились и офицеры, на бриге осталось лишь трое вахтенных, оставленных без берега за различные провинности.
Надо сказать, что команда погуляла на славу. Уже первая остановка в первом же трактире закончилась грандиозной пьянкой и дракой с матросами с другого брига. Изрядно помяв друг другу бока, обе команды, оплатив побитые столы, стулья и посуду, закатила совместную пьянку. Пьянку, которая, как и следовало ожидать, закончилась новой дракой, на этот раз с жителями города. В ход пошли ножки, сабли, некоторые из жителей достали из сундуков не особо скрываемые от властей пистолеты и мушкеты, количество раненых с обеих сторон быстро достигло больше двух десятков. Дело грозилось принять плохой оборот, но у обеих сторон хватило ума не доводить дело до плачевного конца и еще до прибытия к месту событий отряда городской милиции (который, надо сказать, и не очень-то спешил), все вылилось в новую примирительную пьянку между матросами и жителями. К утру, когда запасы спиртного в тавернах изрядно иссякли, матросы каким-то странным образом оказались в гостях у местных жителей, преимущественно у одиноких дам и вдов, и в течении нескольких ближайших дней наслаждались всеми прелестями береговой жизни.
Но не до гулянок было капитану и его товарищам. В течении трех дней, они сновали между тавернами города, стремясь нанять на бриг недостающую команду. К вечеру они собирались в таверне, наспех проглатывали ужин, и вымотанные до последней степени, шли отдыхать. За эти три дня Жану не удалось уговорить ни одного самого захудалого матроса поступить на службу бриг, не смотря на все свое обаяние. К вечеру четвертого дня он совсем почти отчаялся и собирался уже вернуться в знакомую таверну - пусть будь, что будет - как ноги его сами занесли в таверну, расположившуюся на Торговой улицы, за два квартала до таверны, где он должен был встретиться со своими друзьями.
Едва зайдя в таверну, юноша остановился как вкопанный: на против него, за одним из столиков сидел старый его знакомый, бывший моряк из команды его отца. Уловив на себе чей-то взгляд, бывший бравый помощник боцмана поднял глаза. Несколько мгновений он смотрел на юношу, затем его глаза удивлено расширились.
- Ты? - от удивления вместо слов у него вырвались каркающие звуки. - Но ведь ты...
- Тихо, тихо, - Жан быстро уселся рядом с моряком, схватив его за руку. - Тихо, прошу тебя! Ты меня выдашь так...
Испугано оглянувшись, юноша осмотрел таверну, но никто не обратил внимания них.
- Идем, идем, - продолжил юноша. - Идем, нам надо поговорить...
Схватив за руку моряка, Жан бросил пробегавшему мимо мальчишке-слуге золотой пиастр и потащил приятеля на улицу. Через полчаса они сидели в небольшой уютной комнате в трактире в порту.
- Вот так, Жак, - закончил рассказ Жан. - Теперь понимаешь, что другого выбора у меня нет?
Бывший помощник боцмана только покачивал головой.
- Ну, а ты где сейчас? Почему на берегу? Что-то не похоже, что ты забросил наше ремесло.
- Я только неделю здесь, - ответил Жак, сжав кулаки. - Наш капитан продал корабль и свое дело, а новый хозяин рассчитал нас: у него была своя команда и свои планы...
- Так ты сейчас свободен? - Жан схватил старого друга за руки. - Много наших сейчас в городе? Из нашей команды?
Жак аккуратно высвободился из крепкой хватки юноши, улыбнулся и внимательно посмотрел ему в глаза.
- Знаешь, я повидал на своем веку чуть ли не весь свет, - сказал он. - Я уже не помню, как выглядит мой дом, где я родился и вырос. Да и был ли он у меня, мой дом? Кое-какие деньги мне удалось скопить за эти годы. Пускай немного, но все таки деньжата у меня есть, и я решил сойти на берег, купить где-то в тихом местечке небольшой домик и прожить в тишине и спокойствии остаток жизни.
Юноша обнял старого моряка.
- Жак, ты об этом говорил, когда служил у отца, - улыбнулся Жан. - Ты тогда уже собирался сойти на берег, а ведь плаваешь до сих пор...
Моряк отрицательно покачал головой.
- Жак, ты нужен мне, - сказал юноша, обнимая его. - Помоги мне…
Жак опустил голову, вперив взгляд в грубый бревенчатый пол.
- Жак, ты нужен мне, - повторил Жан, крепко прижимаясь к нему.
Жак поднял голову, посмотрел на юношу и улыбнулся.
- Я плавал с твоим отцом больше двадцати лет. Видно, судьба мне такая - сначала служить отцу, а затем и тебе...
- Спасибо Жак, - юноша крепко прижался к нему и зарылся лицом в пропахший морем, дымом и ромом комбинезон.
- Да, ладно тебе, - Жак обнял юношу, прижав к себе. - Из наших в городе сейчас семеро, кроме меня. Они тоже собирались стать здесь на якорь, но ради тебя, я думаю, они передумают...
Жак отстранил юношу от себя, посмотрел ему в глаза и лукаво подмигнул.
На Суринам опустилась глухая тропическая ночь, город мирно спал, лишь в одном из окон таверны на центральной площади горел свет. Виктор мерил широкими шагами комнату, нервно дергаясь при малейшем шуме. Штурман, покачиваясь в кресле-качалке, покуривая трубку. Наконец-то, в дверь постучали, и в образовавшийся заглянула лохматая шевелюра Жана.
- Разрешите, сэр?
- Наконец-то, вы соизволили явиться, - сказал Виктор. - Где Вы были?
Юноша открыл дверь и вошел в комнату, следом за ним на пороге показался высокий, крепкого сложения детина.
- Сэр, мне удалось, - Жан запнулся. - Мне удалось найти здесь, в городе, несколько ребят, которых я хорошо знаю, и с которыми я плавал когда-то...
- Вот как? - Виктор остановился, осматривая то юношу, то стоявшего на пороге мужчину.
- Да, сэр, - закивал радостно Жан и показал на своего спутника. - Это Жак, служил помощником боцмана на судне моего отца. Там, в зале еще семеро, тоже отличные ребята, все как на подбор...
- Это хорошо, - прервал его капитан и обратился к Жаку. - Что же, идемте знакомиться с остальными.
Через полчаса он вернулся, весьма довольный. Усевшись в кресло, Виктор достал сигару, закурил от свечи.
- Теперь команды у нас полный комплект, - сказал он. - Мы можем выходить в море хоть завтра, хватит штилевать. Ты, Жан, немедля отыщи юнгу, я видел, что его только что в трактире, и скажи ему, что бы разыскал всех наших к завтрашнему утру. Пускай, хоть разнесет весь этот чертов городишко к по кирпичику, но что бы завтра к полудню все были на своих местах.
- Наши то будут, - каркнул из своего угла штурман, - а вот остальные? С тем сбродом, что мы наняли, мы намучаемся, помяни мое слово.
- Ничего, и не с такими справлялись.
- Ты переоцениваешь себя, разрази меня гром!
Штурман не успел договорить, как в дверь снова постучали, и в комнату зашел трактирщик, неся поднос в бокалами. Поставив вино на столик он незаметно кивнул Виктору, и вышел.
- Идите отдыхать, - приказал капитан. - Жан, ты прежде отыщи юнгу и передай ему мой приказ.
И не прощаясь, Виктор исчез за дверью.
- Спокойной ночи, - сказал Жан штурману.
- Спокойной ночи.
Жан вышел, прошелся по длинному коридору и оглянулся. Кажется, за ним никто не наблюдает. Жан напрягся и, стараясь ступать неслышно, подошел к двери комнаты, где остановился Виктор. За дверью слышались негромкие голоса. Жан прильнул ухом к двери.
- Тебя хочет видеть Ян и немедленно, - послышался за дверью голос трактирщика. - Он ждет тебя у себя, и будь я проклят, если он не готовит какой-то очередной пакости...
- Хорошо, передай ему, что я буду.
За дверью раздались шаги, и Жан поспешил скрыться у себя в комнате, располагавшейся как раз напротив капитанской.
Anton-11
ГЛАВА 4.

Дверь в комнату капитана скрипнула, послышались удаляющиеся шаги трактирщика. Через несколько минут дверь снова открылась, послышалось покашливание Виктора, затем его торопливые шаги в сторону лестницы, ведшей на первый этаж. Жан, сгораемый любопытством, приоткрыл дверь и аккуратно выглянул в коридор.
Коридор был уже пуст. Жан вышел из комнаты и решительным шагом, нисколько не скрываясь, тоже направился к выходу. Быстро добежав до лестницы, он увидел Виктора, спускающегося в общую залу. Дождавшись, когда командир скроется из виду, Жан тоже спустился вниз и выглянул в огромный зал таверны. Людей в трактире не было, ярко горели на стенах и под потолком свечи, и юноша без труда разглядел капитана в дверном проеме, ведшим на улицу.
Осмотрев таверну еще раз, Жан увидел за одним из столиком неподалеку дремавшего юнгу. Глаза Жана сузились, брови сдвинулись к переносице, он решил не будить мальчишку. Обернувшись к выходу, он увидел, что Виктор исчез. Убедившись, что за ним никто не наблюдает, Жан быстро пересек зал, вышел на улицу и осмотрелся. В дальнем конце улицы, при тусклом свете фонаря маячила быстро удаляющаяся знакомая фигура. Стараясь держаться на неосвященной стороне дороги, он двинулся следом за ней.
Капитан шел быстро, не оглядываясь. Несколько раз он сворачивал в ближайшие переулки, пока, наконец-то, не оказался перед двухэтажным зданием. Толкнул дверь, Виктор вошел внутрь. Подождав несколько минут, Жан решил рискнуть, и, перебежав улицу, оказался возле дома, где скрылся капитан. С мгновение он изучал его, затем хлопнул себя по лбу, засмеялся.
"Ну и болван же...", - подумал Жан, давясь от смеха.
Дом, куда привел его Виктор, был той самой таверной, откуда они вышли десять минут назад, только зашел он в нее с черного хода. Отсмеявшись, Жан аккуратно приоткрыл дверь. В длинном, тускло освещенном коридоре Виктор разговаривал с трактирщиком и каким-то мужчиной, очевидно, с тем самым Яном. Прикрыв дверь, Жан заглянул в окно, расположившееся по соседству с дверью. О чем говорили мужчины, он не слышал, но мог хорошо разглядеть их. Наконец-то, трактирщик ушел, а его собеседники двинулись дальше по коридору.
На минуту Жан заколебался, но все-таки решил еще раз заглянуть в дверь. Приоткрыв створки, он увидел, что Виктор и неизвестный открыли одну из дверей и скрылись за нею. О том, что бы последовать за ними, не могло быть и речи: в конце коридора стоял внушительных видов охранник. Жан снова прикрыл дверь и его взгляд заскользил по стене трактира. В одном из окон зажегся свет. Молодой человек улыбнулся и неслышной тенью, в мгновение ока оказался возле окна и заглянул в него.
Виктор и его приятель обустраивались за столом, на котором стоял огромный кувшин и несколько бокалов. Налив вина, мужчины приступили к беседе. Достав из сумки какой-то сверток, собеседник Виктора положил его на стол, развернул, и они низко склонились над ним. Воспользовавшись моментом, Жан очень аккуратно (не дай бог, дабы не скрипнула рама), приоткрыл окно, в лицо дохнуло спертым воздухом.
- Вот здесь, - услышал он голос неизвестного.
Что-то стукнуло, Жан снова взглянул в окно. Тот, кого он принимал за Яна, показывал куда-то в центр свертка. Виктор посмотрел на него и откинулся на спинку кресла.
- Ну и что же ты от меня хочешь? - спросил он.
- Через неделю отсюда должно выйти одно судно, - ответил Ян. - Так вот, мне нужно это судно и груз, которое оно будет вести.
- И что это за груз?
Мужчина вытащил из-за пазухи еще один сверток, скрепленный печатью, и протянул Виктору. Тот придирчиво изучил печать, затем, хмыкнув, развернул письмо, быстро прочитал его, затем швырнул на стол.
- Интересно, - сказал Виктор. - Я берусь за это дело. Вопрос заключается только в том, что я получу с этого?
Ян достал из-за пазухи увесистый мешочек и передал его Виктору.
- Это аванс, - сказал он. - Вторую половину я отдам тебе после того, как ты выполнишь задание.
Виктор развязал мешочек и принялся изучать его содержимое. Очевидно, осмотр удовлетворил его, поскольку через минуту он проговорил:
- Договорились.
- И еще одна вещь, - продолжал Ян, - с тобой пойдут мои ребята, тем более что дело не шуточное предстоит.
- Сейчас, - хмыкнул Виктор, - Ты меня за идиота считаешь? Хочешь, что бы твои ребята перерезали мне горло ночью, а заодно и моим ребятам?
- А ты за кого меня держишь? За крысу, что ли? - тоже вспылил Ян. - Я своих не предавал, я не из той породы! Не кипятись ты, мне убивать тебя, что бы все собаки за мной потом по всему архипелагу гонялись, не с руки. Да и моих ребят будет то поменьше, чем твоих, так что не нервничай.
Он наклонился к самому уху Виктора и что-то зашептал. Виктор внимательно слушал, кивая.
- Ну, что, договорились? - спросил наконец-то неизвестный громко.
- Ладно, черт с тобой, - ответил Виктор. - Договорились. Твой источник гарантирует, что сопровождения не будет?
Ян презрительно фыркнул. Виктор встал и потянулся.
- Твои ребята должны быть на моем корабле завтра до полудня, не то им доведется до Кюрасао добираться пешком.
- Ты за моих не переживай, - сказал неизвестный. - Ты за своими присмотри.
- Присмотрю, не переживай, - ответил Виктор. - Тогда до завтра.
Неизвестный встал, пожал руку Виктору, собрал бумаги и вышел. Виктор несколько раз прошелся по комнате, затем громко и мерзко выругался, пнул ни в чем ни повинный стул и тоже ушел. Жан не стал дожидаться, пока его отсутствие обнаружиться, быстро обошел здание, зашел в общий зал и принялся тормошить спавшего юнгу.
- А?... - встрепенулся юнга. - Что?...
- Здоров ты спать, - буркнул Жан. - Капитан приказал, что бы ты разыскал наших и собрал их завтрашнему утру на корабле.
Anton-11
ГЛАВА 5

Бриг стремительно несся вдоль побережья. С борта было отлично видно низкие берега, покрытые буйной тропической растительностью. Лишь изредка над зарослями поднимался легкий дымок костра индейского поселения или поселка охотников, но больше никаких признаков присутствия человека не было. Да их и не искали на борту брига, державшего курс в открытое море, к группе маленький островов, чьи скалистые громады виднелись на горизонте.
Командир брига, хмурясь, расхаживал по юту, бросая косые взгляды то на палубу, то на острова. Рядом с ним, внимательно следя за каждым движением Виктора, расположились Жан и первый помощник, он же штурман.
- Значит, ты предлагаешь ждать здесь? – Виктор, наконец-то, остановился и посмотрел на штурмана.
- Да, - ответил штурман, показывая на скалистую громаду, возвышающуюся чуть севернее островов. – Это Кюрасао. Если наши сведенья верны, то те, кого мы ждем, не могут не пройти мимо этой гряды. Другого пути нет…
Виктор поморщился и возобновил хождения по палубе. Сейчас он сильно жалел о поспешно принятом решении недавно решении: снова иметь какие-то дела с Яном. Конечно, предложение было весьма соблазнительным, да раньше они обделывали кое-какие делишки, не оставаясь в накладе оба. Но сейчас…
Сейчас он не верил Яну, и удивлялся собственной неосмотрительности. Все началось с того, что люди Яна, во главе с угрюмым вожаком по имени Ричард, поднявшиеся на борт его брига в день отплытия, отнюдь не спешили признавать его авторитет и власть. Да и как моряки они были не очень, ибо они хорошо владели холодным и огнестрельным оружием, а вот управляться с судном умели далеко не все, и их приходилось учить с самых азов. Моральный дух команды стремительно падал, дело доходило до откровенных стычек между матросами, двоих пришлось даже высадить на необитаемый остров в наказание, оставив им лишь мушкет, немного пороха и пуль. Ценой неимоверных усилий, стычек и угроз Виктору удалось, наконец-то, утихомирить людей Яна. Но теперь он часто ловил полный презрения и ненависти взгляд Ричарда.
- Я думаю, что Ричард имеет приказ убить нас, как только мы захватим то, что нужно Яну, - продолжал штурман, угадав мысли капитана. – Надо придумать способ избавиться от него, а не то мы все дружно отправимся за борт, кормить акул…
- Легкая смерть будет для нас неслыханной удачей, - поддержал его Жан.
- Тебя не спрашивают, - буркнул зло Виктор. – Знай свое место…
Жан густо покраснел и отошел в сторону. Виктор посмотрел в небо, потом на стремительно приближающиеся острова. Затем, он подошел к рулевой балке и что-то тихо сказал рулевому, показывая на один из островов. Рулевой кивнул и закрутил рулевое колесо. От резкого поворота в бейдевинд Жан и штурман чуть не полетели за борт, на палубе раздались негодующие вопли.
- Что б тебя, - недовольно пробурчал Жан.
Бриг ускорил полет по волнам, и уже через полчаса вошел в небольшой пролив между островами.
- Убрать паруса, - раздался голос Виктора.
Недовольно бурча, команда нехотя принялась карабкаться по вантам. Через несколько минут паруса были убраны, бриг замедлил свой бег и, вскорости, почти полностью остановился.
- Отдать якорь, - снова прогремела команда с юта.
Заскрипел кабестан, с грохотом оба якоря обрушились в воду. Виктор вернулся на свое место.
- Боцман, - позвал он.
Огромный детина, один из не многих верных ему людей, вырос у него за спиной.
- Всем выдать двойную порцию рома, - сказал Виктор. – Поставить марсовым надежного человека из наших, еще пару надежных ребят отправить на остров для наблюдения. Вся остальная команда может отдыхать.
Боцман кивнул и исчез. Через несколько минут на палубу, под ободряющие крики, выкатили бочонок. Моряки, словно пчелы мед, облепили его. Виктор негодующе поморщился.
- Ждем? – спросил Жан и капитан понял его.
- Ждем, - ответил Виктор.
Говорить больше было не о чем. В напряженном ожидании, вглядывались в водную даль, благо позиция была хорошей для обзора. Когда уже почти совсем стемнело, за бортом раздались всплески, и по вантам на борт вскарабкался один из матросов, которые были отправлены на берег для наблюдения.
- Капитан, - сказал он. – К нам приближается судно, по-моему, голландское. Скоро оно пройдет сразу за южной оконечностью острова.
Моряк кивнул в сторону острова.
- Далеко оно? – спросил Виктор.
- Сейчас, должно быть, в миле отсюда, - ответил моряк. – А, может быть, даже и меньше…
- Боцмана ко мне, - приказал Виктор.
Моряк исчез. Виктор обернулся к своим товарищам.
- Вот он, наш шанс, - улыбка заиграла на его лице.
Он повернулся к боцману, появившемуся на юте.
- Боевая тревога! Приготовиться к бою и абордажу!
Боцман кивнул и скатился на палубу. Засвистели боцманские дудки, слух о том, что предстоит хорошая драка, моментально облетел корабль. Команда зашевелилась.
- Ставь паруса!!!
Виктор сам лично стал у рулевого колеса, не доверяя управление судном в столь сложном фарватере никому.
- С богом, ребята, - сказал он, обращаясь к штурману и Жану. – Молитесь…
Захлопали наполняемые ветром паруса, Виктор и штурман выругались, проклиная непутевых матросов. Бриг, не спеша, полз проливом, огибая остров, к его южной оконечности.
На голландском судне не ждали нападения так близко от Суринама, поэтому, когда на встречном курсе, из-за пролива, разделявшие острова, вынырнуло быстроходное пиратское судно, на «голландце» растерялись. Хлопнуло несколько выстрелов с борта брига, белое облачко растворилось во мраке. Засвистели в воздухе кнители, фок-мачта «голландца» с грохотом рухнула на палубу, подминая под себя такелаж и людей. Зарываясь носом в небольшую волну, голландское судно потеряло ход и опоздало с маневром: пираты, выполнив поворот оверштаг, вплотную подошли к нему. Снова бухнуло несколько выстрелов с пиратского корабля, картечь захлестала над палубой голландского судна. С голландца выстрелила носовая пушка, пробив полубак брига.
- На абордаж!!! – загремела команда.
Заскребли абордажные кошки по борту голландского корабля. Неожиданность нападения и возникшая паника принесли удачу пиратам: через несколько минут корабль был в их руках.
Виктор, сопровождаемый Жаном, был в числе тех, кто первым, сквозь пороховой дым, шагнул на штурм вражеского судна. Не жалея себя, он сражался бок о бок со своими людьми. Рядом с ним, словно стремительная молния, сражался Жан, и невольно Виктор залюбовался им – парень явно создан для битвы. А Жан, действительно, казалось, забыл обо всем. Его охватил такой азарт, что когда бой закончился, она даже пожалел об этом.
Чья-то рука обняла его и прижала к себе.
- А ты молодец, - услышал он голос капитана.
Виктор отпустил его и вышел вперед. Рукав его рубашки был разорван, по щеке текла струйка крови, глаза сияли.
- Молодцы, ребята, - капитан обнимал моряков, забыв, казалось, от тех печалях, что мучили его несколько часов назад.
Некоторые матросы улыбались и тоже похлопывали капитана, иные хмурились, но Виктор не замечал этого. Успокоившись, он позвал боцмана.
- Пленных загнать в трюм, я потом разберусь с ними, - сказал капитан. – Возьми пару ребят, и досмотрим груз в трюме.
Спустившись в трюм, они увидели, что проход заставлен небольшими ящиками с огромными амбарными замками. С трудом взломав один из них, Виктор откинул крышку. За его спиной испуганно охнул Жан: ящик был пуст.
Anton-11
ГЛАВА 6

Капитан голландского судна ухмыляясь смотрел на Виктора. Один глаз у него заплыл, одежда была разодрана, на лице и теле виднелись кровоподтеки и ссадины. Только что ему довелось пережить немало неприятных минут: в течении нескольких часов пиратский капитан и двое его подручных применяли весь пыточный арсенал, доступный на небольшом судне. В ход пошло все: кулаки, «клещи», «испанские сапоги», раскаленные добела пруты, зажженные фитили между пальцами.
Но все их усилия пошли прахом, голландский командир молчал. Ни стона, ни звука не вырвалось из его уст. Несколько раз он терял сознание, тогда пираты поливали его водой из ведра, приводили в чувство, и кошмар продолжался.
- Хватит, - сказал наконец-то Виктор, устало садясь на низкую скамейку. – Из него ничего не выжмешь. Видно, придется возвращаться не солоно хлебавши.
- Капитан, - молодой звонкий голос перебил его. – Позвольте мне…
Виктор посмотрел на Жана. Тот, не торопясь, встал.
- Ну, попробуй, - с ехидством проговорил капитан и переглянулся со штурманом.
Штурман едва заметно кивнул: пускай побалуется мальчик. Все равно, ничего у него не получиться: крепкий орешек этот голландец. Жаль, конечно, что так все обернулось. Их авторитет теперь точно упадет среди пиратов.
Жан, тем временем, подошел к голландскому капитану, наклонился, сделал резкое движение и дикий вопль сотряс стены грузового трюма брига. Виктор и штурман испугано подскочили. Вверху открылся люк и в трюм заглянули несколько любопытных лиц. Жан снова сделал движение рукой и вопль стих: голландец потерял сознание.
- А, ну убирайтесь отсюда, - рявкнул Виктор морякам, осмелившимся заглянуть в трюм.
Люк захлопнулся. Виктор отстранил в сторону Жана.
- Довольно, - сказал он. – Посмотрим, что он теперь скажет.
Через минуту голландский капитан был приведен в чувство.
- Что теперь ты мне скажешь? – спросил Виктор. – Или прикажешь мне повторить?
- Не надо, - голландец еле шевелил разбитыми губами. – Все скажу…
Голова капитана мотнулась, Виктор поднес к его губам стакан с водой. Голландец жадно вцепился губами в кружку.
- Все, хватит, - прервал его пиратский вожак. – Где груз, который вы должны были доставить в Суринам?
- Он еще на Кюрасао, - прошептал голландец. – Его должен забрать завтра вечером другой корабль…
Виктор раскрыл карту и поднес к лицу голландского капитана.
- Здесь? – спросил он, тыкая пальцем в карту.
- Нет, - ответил голландец. – Вы купились на приманку… Груз находиться в маленькой рыбацкой деревушке Сен-Джорджио…
Он замолчал. Виктор несколько мгновений постоял, задумавшись, затем толкнул крышку люка, свежий морской воздух ворвался в сырую духоту трюма.
- Боцман! – позвал он, и когда тот прибежал на зов, продолжил. – Пленного в лазарет. Пускай лекарь крутиться как хочет, но что бы через пару дней поставил его на ноги.
Виктор вышел на палубу и направился к каюте. Жан и штурман устало плелись следом. Настороженные взгляды головорезов Яна сопровождали их.
Возле каюты Виктор остановился.
- Ты остаешься тут, - сказал он Жану. – Мы пошепчемся, а ты смотри, что бы ни одна живая душа не подслушивала.
Виктор и штурман скрылись за дверью. Жан неторопливым шагом прохаживался возле двери, внимательно поглядывая за матросами. Через час, когда ночной мрак начал рассеиваться быстро наступающим тропическим утром, дверь в каюту отворилась. Не обращая внимания на Жана, штурман поднялся на ют, кивнул сигнальщику и стал у руля. Виктор, тем временем, спустился на палубу.
- По местам стоять! – раздалась команда.
Засвистели боцманские дудки. Сонное оцепенение покинуло матросов.
- Поднять якоря, - последовала новая команда.
Заскрипел кабестан, бриг, не удерживаемый больше якорем, медленно начал разворачиваться носом к берегу. Но матросы уже карабкались по вантам, паруса, повинуясь умелым рукам, заскользили вниз, наполняясь ветром. Бриг ускорил свой бег по волнам, и уже через час негостеприимные острова остались далеко позади, а впереди скалистой громадой возвышался Кюрасао.
Виктор, наконец-то, поднялся с палубы на ют.
- Молитесь, ребята, - сказал он Жану и стоявшему у штурвала штурману. – Если мы переживем сегодняшний день, то, считайте, нам с вами, крупно повезло…
Жан недоуменно посмотрел на него, но Виктор не стал ничего пояснять.
Уже около полудня, когда корабль стремительно огибал южную оконечность Кюрасао, вдали показались дымки какого-то селения. Через полчаса, приблизившись к селению вплотную, можно было разглядеть десятка два убогих домишек, рыбацкий причал и небольшой пакгауз у самого берега. Несколько больших рыбацких лодок держали курс в открытое море.
- Держи курс прямо к причалам, - вполголоса сказал Виктор штурману.
Тот кивнул в ответ и закрутил рулевое колесо. Корабль, зарываясь носом в легкую волну, лег на другой галс, и стремительно понесся к берегу.
- Приготовиться к бою!!! – загремела новая команда с юта.
Впрочем, в ней не было никакой необходимости: почуяв добычу, словно гончие оленя, пираты уже доставали из крюйт-камеры пистолеты, мушкеты, сабли. Берег был уже в каких-то паре кабельтовых от корабля, с борта можно было разглядеть жалкие лачуги, панику на узеньких улочках деревушки: прихватив нехитрый скарб, жители бежали без оглядки, стремясь укрыться в горах, прежде чем пираты высадятся. Но, отнюдь не все стремились спастись бегством: у портовых пакгаузов появились фигурки в бело-голубой форме голландской гвардии. Фигурок было не много, но они явно горели желанием дать бой: выстроившись в два ряда, у причала, мушкетеры дали залп. Засвистели пули над палубой, один из пиратов упал замертво.
- Ну, это мы посмотрим, - ухмыльнулся Виктор. – Убрать паруса!!! Лево руля!!! Пушки к бою!!!
Мушкетеры на берегу дали еще один залп, столь же безрезультатный, как и первый. Бриг замедлял ход, правый борт полыхнул огнем орудийных залпов. Взрыв на берегу разметал голландских солдат.
- Шлюпки на воду! По местам!
Через несколько минут шлюпки отчалили от бортов брига. Пришедшие в себя солдаты выкатили на причал трехфунтовую пушку, бухнул выстрел, захлопали одиночные мушкетные выстрелы. И, все же, геройство голландских солдат не могло остановить пиратов: через десять минут последний защитник пал в неравной схватке.
- Быстрее, черти, - заторопил Виктор пиратов. – Быстрее, черт вас возьми.
- Ты куда это без нас, а? – услышал он голос Ричарда за своей спиной и обернулся.
Головорез Яна нагло ухмылялся.
- Так не пойдет, - продолжал он, и за его спиной угрожающе зашумели его подчиненные. – Вместе пойдем.
Время поджимало, в любой момент могли появиться корабли, направлявшиеся в Сен-Джорджио за тем грузом, за каким прибыли они, и Виктор не промолчал. Кивнув Ричарду, он направился к пакгаузам.
Взломав дверь, пираты ворвались в склады. Пакгауз был огромен, и всюду, на сколько хватало взгляда, расположились крупные ящики с амбарными замками. Оставив своих людей снаружи, Виктор и Ричард принялись вскрывать один ящик за другим и осматривать их содержимое.
- Достаточно, - сказал, наконец-то, Виктор. – Это тот самый Изумрудный караван, за которым мы прибыли…

Anton-11
ГЛАВА 7

Бриг шел на всех парусах, на предельной скорости, какой мог развить этот быстроходный корабль. Берега Вест Индии остались далеко за кормой, впереди лежали воды Атлантического океана. Трое мужчин сидели в небольшой каюте брига, друг напротив друга. У каждого в руках был пистолет, рядом лежала сабля. В люк пробивались первые проблески утренней зари.
В дверь раздался стук. Один из них, молодой парень, в высоких ботфортах, в мешковатом костюме, подошел к двери.
- Кто? – послышался вопрос.
- Свои, - ответил боцман. – Откройте капитан…
Жан посмотрел на Виктора. Тот кивнул.
- Открой.
Жан открыл, боцман вошел и остановился напротив капитана.
- Капитан, - сказал он. – Наемники затевают мятеж, – боцман мерзко выругался. – Сейчас матросский кубрик бурлит, капитан, наши держаться особняком, но их очень мало. Если дело дойдет до драки, то им не выстоять против стольких.
- Надо было передавить их как клопов, по одному, - вспылил Жан.
- И как бы ты это сделал? – насмешливо спросил Виктор. – Не горячись, дай поговорить, - капитан посмотрел на штурмана. – Сколько нам идти до Святого Мартина?
- Вчера в полдень было шестьсот миль, - ответил штурман. – Мы шли, в среднем, по десять узлов, так, что я думаю, миль четыреста осталось. При таком ветре, завтра к вечеру будем, но это больше суток…
- Знаю, - ответил Виктор. – Идемте на палубу, все равно ничего не изменишь…
Они вышли. На палубе их встретили недружелюбные взгляды. Большинство матросов даже для виду не занимались делами, а просто стояли у юта, словно дожидаясь капитана. Увидев Виктора, головорезы Яна, зачинщики недовольства, попятились под его пристальным взглядом.
- В чем дело? – недовольно спросил Виктор. – Почему?...
- Вот что, капитан, - грубо прервал его один из головорезов. – Ян поручил присматривать за вами…
Он поднялся по шканцам на ют, за ним еще несколько.
- Назад, - тихо сказал Виктор, и в лицо пирату уставилось дуло пистолета.
Словно по мановению руки, товарищи Виктора тоже достали оружие и в сторону безоружной толпы смотрели уже четыре пистолета. Бандит ухмыльнулся.
- Не дурите, капитан, - голос его звучал ровно. – Мы знаем, что несколько дней назад вы, вместе со своими людьми, перетащили весь груз, - пират сделал ударение на последнем слове, - в каюту к себе и в кладовку на ют. Я склонен считать это нарушением ваших обязательств перед Яном, и имею от него конкретный приказ: если вы вздумаете юлить, то я могу принять самые решительные меры в отношении вас. Вплоть до того, что убить вас. Так вот, мы даем вам, срок до полудня отдать груз нам. Если вы отдадите, то мы оставим вас в живых и только высадим на необитаемом острове. Если же нет, то…
- То, тогда что? – капитан сделал вид, что не понимает.
Пират продолжал ухмыляться. Затем он взял за руку капитана и что-то вложил в нее, затем снова гадко улыбнулся.
- А ты прочти, - и пират разжал кулак.
В руке Виктора лежала черная метка.
- Переверни, - властным тоном сказал пират.
Виктор, не обращая внимания на тон, перевернул метку. На обратной стороне стояла надпись: «До 12 часов. За неповиновение – смерть!». Виктор захохотал.
- Господи, какие же вы дураки! – он едва утер слезы с глаз. – Ну, идите, смотрите…
Он сделал приглашающий жест в каюту. Верзила замешкался.
- Я один не пойду, - сказал он.
- Ты, жалкий трус, - скривился Виктор. – Ты…. Я тебя на рее повешу, ублюдок, и скормлю твои вшивые внутренности акулам! Ты смеешь угрожать своему капитану? Ты смеешь вручать мне черную метку? Ты, сын каракатицы!!!
Виктор продолжал наступать. Верзила пятясь, споткнулся, Виктор пнул его сапогом, и пират полетел на палубу. Тем временем, обескураженные отпором пираты, скопившиеся у юта, не сразу заметили, что за их спиной часть моряков, поддерживающих капитана, выстроились в ряд, более двадцати мушкетов смотрели в их сторону, а когда заметили, то менять было что-то поздно.
- Эй, ребята, - закричал Виктор. – Свяжите этих сволочей и отправьте за борт. У акул будет сегодня хороший обед.
Шеренга придвинулась, но потом произошло что-то не ожидание. Из-за спины моряков вынырнул человек и взмахнул рукой. Чугунный шарик взвился в воздух, испуская клубы дыма, упал рядом с шеренгой. Яркое пламя взметнулось в воздух. Взрывом тех, кто поддерживал капитана, разметало в стороны. Некоторые из них так и остались лежать на мокром настиле палубы, остальные поднялись, захлопали отдельные выстрелы, но момент неожиданности был уже упущен. Бунтовщики, схватившись за ножи, сабли, вымбовки набросились на своих врагов, часть из них начала подниматься на ют.
На палубе завязался бой. Виктор, проклиная все на свете, выстрелил в лицо своему недавнему оппоненту. Захлопали рядом пистолеты штурмана и Жана, раздался вскрик боцмана. Они сражались с яростью обреченных, несколько бунтовщиков пали под напором Виктора, Жан проделывал немыслимые пируэты, его сабля пару раз нашла свою цель, с хрипом, зажимая рану, пятился, но не сдавался штурман. И все же надежды не было никакой: что-то обрушилось на голову Виктора, и он потерял сознание. Последнее, что он успел увидеть, прежде чем мрак поглотил его, был штурман, оседающий с пробитой головой, и Жан, чудом проложивший себе дорогу среди врагов, и прыгающего в море…
Что-то холодное лилось ему наголову. Из губ вырвался стон, веки не хотели разжиматься. Кто-то сильный схватил его за подбородок.
- Где «Изумрудный караван»? – услышал он знакомый голос. – Ну, говори?
Сильный тычок в грудь заставил его открыть глаза. Прямо ему в глаза смотрел один из бунтовщиков, тот самый, с которым он схватился на юте и который пытался всучить ему черную метку. Голова его была перевязана черной тряпкой, один глаз заплыл.
- Я жду, - продолжил верзила, схватив его пятерней за скулу.
Впрочем, у Виктора было достаточно свободы, что бы понять, что он стоит на бочке и его мучителям достаточно выбить ее из под ног, что бы обеспечить ему крайне неприятный переход из живого состояния в мертвое путем повешения. Справа виднелись очертания какого-то острова, судя по всему, корабль стоял на якоре. Тут голову Виктора отпустили, он постарался осмотреться. Но единственное, что он успел увидеть, так это ют, несколько трупов на палубе, осатаневших от злобы его недавних подчиненных…
- На меня смотри, - рыкнул голос.
Сильный удар едва не поверг его в небытие.
- Где груз? – настойчиво требовал верзила.
- Что ты с ним возишься? – послышались ото всюду голоса. – Мало он водил нас за нос? Поджарить его хорошенько!!!
Пираты угрожающе приблизились к нему, в руках верзилы появился факел, он гаденько улыбнулся.
- Ну, сейчас…
Продолжение потонуло в грохоте выстрела. Верзила рухнул как подкошенный, пираты отшатнулись. Что-то просвистело в воздухе, и рядом с Виктором на бочке оказался юноша.
- А ну всем назад!!!
Жан мерзко выругался, в его руках блеснули два пистолета. В первое мгновение, пираты, не ожидавшие такого поворота событий, шарахнулись в стороны. Жан не стал ждать, пока те прейдут в себя, спрятал один из пистолетов, выхватил кортик, резким движением перерезал веревки, связывавшие капитана.
- Бежим! – звонкий голос юноши раздался прямо над ухом Виктора. – Быстрее, черт тебя возьми!
Жан толкнул замешкавшегося Виктора и вместе они прыгнули в воду. Пришедшие в себя пираты опоздали лишь на мгновение, но вокруг корабля виднелась почти спокойная гладь воды.
- Стреляйте! – раздались возгласы. – Стреляйте, черт возьми! Не зевайте, черти!
Хлопнуло несколько мушкетных выстрелов, небольшие всплески на воде отметили путь пуль. Пираты перегнулись через фальшборт, высматривая. Через минуту на поверхности воды показалось тело Жана. На груди и животе юноши виднелись красные пятна. Несколько пиратов спустились к воде и подняли тело на борт. Один из пиратов склонился к Жану, что бы обыскать его, но тут же отпрянул назад.
- Это девушка!!! – воскликнул он.
Остальные склонились на Жаном.
- Это девушка, - сдавленным тоном проговорил один из пиратов.
Головорезы отшатнулись, ужас читался в их глазах. Это казалось настолько невероятным, что казалось почти мистикой для суеверных пиратов. Как? Как могла девушка водить их всех за нос в течении столько времени? Как она могла проникнуть туда, куда по правилам, доступу женщинам не было? Не иначе, как не обошлось тут дело без нечистой силы и колдовства. И потом, разве, женщина не несет беду кораблю, которая их и постигла?
- За борт ее!!! – раздался голос одного из пиратов.
Подняв девушку, пираты, без долгих размышлений, бросили ее тело в воду. Девушка медленно погрузилась в волны, пираты разошлись, но еще долго потом в портовых тавернах Карибского моря рассказывались легенды о смелой и отважной красавице, неизвестно как прокравшейся на борт корабля, принадлежавшему самому отважному и самому известному на Карибах пирата (после Моргана, разуметься). Рассказывали о чарах, которые она напустила на капитана и команду, о смелости и храбрости проявленной ею в десятках морских сражений, об изобретательности, проявленной ею при захвате Изумрудного каравана. Но таки и осталось неизвестным, зачем и ради чего она рисковала своей жизнью, отправляясь в столь рискованное предприятие. Как остались неизвестным, и судьба сокровищ, захваченных Виктором на Изумрудном караване, ибо ни пираты-бунтовщики, едва не убившие Виктора, ни их последователи, перерыв все острова, лежавшие на пути следования брига в ту злополучную неделю, сокровищ так и не нашли.
Anton-11
ЭПИЛОГ.

Когда Жан столкнул Виктора в море, он едва не задохнулся от удара об воду, но Жан помог ему выплыть на поверхность. Они глотнули свежего воздуха, снова нырнули под воду и поплыли под киль корабля. В этот момент, с борта брига стали стрелять, Жан несколько раз дернулся, отпустил его и затих. Виктор подхватил юношу, проплыл с ним несколько метров, и вынырнул почти возле самого борта, где его не могли увидеть. Одного взгляда ему хватило, что бы понять, что Жан погиб: две пули попали ему в левую грудь, пробив сердце. Поняв, что, пытаясь спасти Жана, он погибнет сам, Виктор отпустил Жана.
«Покойся с миром, - подумал Виктор. – Пусть морские боги будут к тебе милостивы. Прости меня…»
Он снова нырнул. Среди бунтовщиков не было настоящего штурмана или капитана, и они поставили корабль в полусотне шагов от внешнего кольца рифов, окружавших остров. Когда они с Жаном прыгали в воду, Виктор успел рассмотреть полосу прибоя, и теперь надеялся добраться до рифов под водой незамеченным. Там, за кольцом рифов он может спрятаться и переждать, пока его враги не уплывут. Удача сопутствовала ему, и он добрался до рифов незамеченным. Пираты не стали его искать, посчитав погибшим, и вскорости убрались восвояси. Виктор вздохнул, и поплыл к берегу.
Удача сопутствовала ему и на берегу: уже к вечеру он натолкнулся на большую рыбацкую лодку, в которой находилось два рыбака. Выбора у Виктора не было, и он, не вступая в переговоры, просто убил обоих. Забравшись в лодку, он проверил запасы продовольствия и воды (благо, их должно было хватить на неделю), поднял парус, и направился в открытое море.
Рыбачья лодка, хоть и создана для каботажного плавания, очень вместительна, мало чем уступая таранте, и развивает хороший ход. Поймав попутный ветер, Виктор через два дня достиг маленького необитаемого острова в группе островов Гренадины. Причалив берегу и убедившись, что на острове нет никого, он вошел в небольшую пещеру, спрятавшуюся в скалах, за густыми зарослями. Через десять минут он вернулся, таща на себе два больших ящика. Погрузив их в лодку, он вернулся в пещеру…
Через месяц, в небольшую церковь на Пуэрто-Рико зашел хорошо одетый господин не многим меньше сорока. Но его наружность ничуть не обманула монаха, приходившим служить в церковь обедни: человек этот был отнюдь не испанским грандом, французским бароном, немецким князем или английским лордом. Он принадлежал к той касте, которые живут за счет моря, причем в самом худшем значении этого слова. Человек остановился посреди церкви, и монах поспешил на встречу гостю.
- Господин желает исповедаться? – спросил он.
- Нет, - неизвестный старался говорить тихо, но у него получалось плохо, и его голос звучал так, как будто он отдавал приказания на палубе корабля. – Я не хочу исповедаться, моей душе все равно суждено гореть в аду. Но я бы хотел заказать молебен по моему другу, который спас меня от верной гибели.
- Ваш друг погиб? – спросил монах, и тут же, поняв нелепость вопроса, поправился. – Да упокой Господь его душу, и спаси от вечных мук… Как звали вашего друга, сын мой?
- Я не знаю, святой отец, он не назвал настоящего имени мне, но мы называли между собой его Жан. Он много грешил в своей жизни, и я бы хотел, что бы его душа нашла успокоение…
- Не беспокойтесь, - прервал его служитель божий, - все в наших руках и руках божьих.
Монах и неизвестный медленно шли к алтарю, переговариваясь в полголоса.
- Вот возьмите, - сказал незнакомец и щелкнул пальцами.
В дверях появился еще один человек. Внешне он был не похож на слугу из приличного дома: очевидно, как и его хозяин, он принадлежал к той категории людей, которые жили за счет грабежа и разбоя. В руках незнакомец нес большую шкатулку, больше похожую на небольшой сундук, и богато разукрашенную драгоценными камнями. Поставив шкатулку перед собеседниками, он поклонился и молча удалился.
Монах открыл ее, его руки затряслись и он сел на скамейку.
- Бог мой, - сказал святой отец. – Но ведь это… Это ведь целое состояние…
Он посмотрел на неизвестного.
- Вы жертвуете целым состоянием ради спасения души человека, которого даже не знали?
- Жизнь не имеет цены, ибо она бесценна, - ответил неизвестный.
Монах опустил голову, а когда, минуту спустя, поднял его, рядом с ним никого не было.
Anton-11
Дочь солнца и луны

ГЛАВА 1.
Солнце опустилось за далекие горы, вечерние сумерки накрыли Лайю, лучи играли золотистыми бликами на белоснежных остроконечных вершинах. Дверь в одном из неприметных домов отворилась, на пороге появился высокий человек, одетый в изумрудного цвета плащ. Из-под накинутого на лицо капюшона вились светлые локоны, за спиной висел походный рюкзак, под плащом можно было рассмотреть высокие походные сапоги, поблескивала кольчуга и острие короткого меча. Неизвестный постоял на пороге дома, оглядывая улицу.
Вообще-то, рассматривать было почти нечего: Лайя был небольшим городишком, с несколькими улицами, двумя сотнями каменных домов, храмом. На восточной стороне города виднелись остроконечными пиками здание местной Гильдии Магов. Чуть поодаль, незаметно примостилась Гильдия Воинов и Купеческая Гильдия. Конечно, отпущение грехов, торговля магическими амулетами и охрана караванов приносили городу неплохой доход, но свою славу и богатство, все же, Лайя приобрела благодаря речному порту, расположившемуся в южной части города.
Ладьи и большие речные суда привозили в город пряности, изделия из железа, вино, пшеницу, разгружая их в портовых пакгаузах. Из складов товары перегружались на верблюдов и торговые караваны направлялись дальше, на восток и север. Корабли же, в свою очередь, снова нагружались √ на этот раз, шелком, кожей, диковинными тканями и фруктами, редкими породами дерева, и пускались в долгий и небезопасный путь вниз по течению, к Южному морю к Сарин, большому порту на морском побережье, лежавшему километрах в двухстах южнее Лайи. С каждого судна и с каждого верблюда, пришедшего в город, муниципалитет взимал пошлину, торговых караванов становилось с каждым годом больше, Лайя процветала. Каменные мостовые, широкие улицы, везде царила чистота и порядок, каждый дом города, даже самый убогий и жалкий, был разукрашен с большим изяществом и стоил немалых денег.
- Ну, чего стоишь? √ сказал за спиной путника певучий девичий голос. √ Поторопись┘
Неизвестный обернулся, обнял девушку, стоявшей в дверном проеме, поцеловал, и нырнул в ночь.
Улицы, не смотря на поздний час, не были пустынными: то тут, тот там мелькали фигуры патрульных, усиленных на ночное дежурство, бойцами Гильдии Воинов, простучали по булыжной мостовой колеса кареты, галопом пронеслись несколько всадников. Путник, стараясь не привлекать внимания, завернул за угол, вышел на набережную, разделявшую город надвое, миновал жилой и торговый кварталы, и направился к порту. Остановившись возле одной из портовых таверн, он откинул капюшон и заглянул внутрь.
В трактире играла музыка, несколько купцов сидели за дубовыми столами, обсуждая свои дела. Среди присутствующих не было ни одного из тех, кого искал путник, и, накинув капюшон и отмахнувшись от поспешившего ему на встречу трактирщика, он снова вышел на улицу.
Возле портовых ворот его остановил старик-сторож.
- Ты это куда? √ недружелюбно спросил он.
В руке эльфа (а то, что неизвестный был эльфом, было очевидно для любого внимательно наблюдателя) блеснул полудинар.
- Не подскажешь, любезный, - ровным голосом спросил путник, - судно, капитан которого не откажется взять на борт пассажира?
- А куда нужно направиться любезному господину? √ серебряная монета исчезла в крепкой мозолистой руке сторожа.
- Господину нужно в Лан, - ответил эльф. Лан, небольшой речной порт, лежал на полпути между Лайей и Сарином, и также служил перевалочной и промежуточной базой для караванов.
Старик задумался, затем хлопнул себя по лбу.
- Если, уважаемый господин соизволит пройти ко второму причалу, то он увидит там двадцативесельную ладью ╚Пегас╩. Капитан оного как раз направляется в Лан. Человек он, надо сказать, не очень хороший, и честному господину, - тут сторож пристально посмотрел на эльфа, - с ним лучше дела не иметь, но ╚Пегас╩ должен завтра выйти в плавание, трюмы его на половину пусты, и если господин очень спешит, то найти общий язык с капитаном ему будет нетрудно. Правда, сдерет он с господина три шкуры┘
Эльф жестом прервал рассуждения сторожа, и тот почувствовал у себя в руке еще одну серебряную монетку.
- Так где, говорите, находиться ╚Пегас╩?
Старик открыл ворота и впустил путника.
- У второго причала, уважаемый, - ответил он. √ Если вы завернете за этот пакгауз, - сторож указал портовому складу, стоявший немного в стороне от других, возле самой реки, - то выйдете как раз к ╚Пегасу╩.
Поблагодарив, эльф вошел на территорию порта, завернул за пакгауз и уже через минуту говорил с капитаном ╚Пегаса╩. Тот был высок, крепок, а смуглое лицо наводило на мысль, что его родители были степными кочевниками. Изложив шкиперу суть вопроса, эльф выжидающе посмотрел на своего собеседника.
- Пять динаров! √ рявкнул капитан, ухмыляясь. √ И деньги вперед!
- Половину сейчас, половину по прибытию в Лан, - ответил эльф, не смущаясь явно завышенной плате за путешествие, и несколько серебряных монет перекочевали к смуглолицему.
Капитан пересчитал деньги и понимающе кивнул.
- Уносишь ноги, да? √ спросил он. √ Небось, за голову твою награда назначена?
Эльф презрительно фыркнул и не счел нужным отвечать.
- Не боись, - крякнул капитан, √ своих не выдаем. Твои дела при тебе и останутся. Тебя провести в каюту прямо сейчас?
Эльф отрицательно покачал головой.
- Я еще не все дела закончил на берегу.
- Значит так. Отправляемся мы завтра утром, с восходом солнца. Если тебя к этому времени не будет на борту, то пеняй на себя. Договорились?
- Договорились, - ответил эльф.
Выйдя из вонючей каюты, он спустился на берег. Постояв минуту, задумавшись, он решительным шагом направился в город. Не дойдя немного до портовых ворот, он перескочил через стену и неслышной тенью заскользил по улице.
Через минут двадцать он добрался до своей цели: богатого двухэтажного особняка в деловой части города. Лишь однажды ему пришлось затаиться и изобразить из себя пьяного: когда патрульный, вместе с двумя бойцами-наемниками, оказался у него на пути. Эльф, конечно, знал о том, что его художества стали известными начальнику местной городской стражи, но, вместе с тем, награда за его поимку была пока столь незначительной, что стражники даже не думали его искать. Нет, конечно, если он будет настолько глуп, что сам попадется в руки к ним, то с ним церемониться не будут. Но он не дурак┘
Затаившись возле особняка, он осмотрелся еще раз. Но вокруг было тихо и спокойно, стражников и наемников видно не было, и эльф нырнул на задний дворик дома, к потайной двери. Через несколько мгновений он достиг цели, положил рюкзак на землю и склонился над дверью.
Коснувшись двери, эльф почувствовал, как по его руке прошло тепло, а тело пробила мелкая дрожь: на замок было наложено охраняющее магическое заклинание. Впрочем, его это не удивило: половина жителей города стремились обезопасить себя от воришек, защищая свое жилье с помощью магии и разнообразных хитроумных ловушек.
Эльф провел рукой по двери и насторожился. Чуть ниже замка, в маленькой щелочке, уютно устроилась Огненная стрела, но вот только магия была очень и очень слабой. Такие заклинания, не способные убить муху, но производящие достаточно шума, что бы привлечь внимания охраны, за пару серебряных монет, ставили, обычно, младшие ученики магов. Клиенты заказывали подобные ловушки для шкатулок и сундуков, но никак не на входные двери. Сложные защитные заклинания стоили намного дороже и требовали весьма длительной и кропотливой работы. Может, эта ловушка призвана отвлечь внимание вора от другой, но более сложной и поставленной настоящим мастером?
Эльф провел рукой по двери еще раз, но ничего не чувствовал, кроме слабого притока магии, исходящей от замка. Может быть, стоило бросить его и поискать другой дом? Но часы на городской ратуше уже пробили час ночи, времени на поиски не было, и эльф, матерясь, решил рискнуть.
Он прислушался, но с улицы не доносилось ни одного постороннего шума. Достав из мешка щуп, эльф осторожно (не дай бог, заденет срабатывающий механизм) вставил его в щель, где располагалась ловушка, и повернул. Щель замигала едва заметным бледно-розовым светом, а через мгновение свечение потухло. Вор презрительно усмехнулся, достал отмычку и склонился над замком. Через несколько минут он был в доме.
Оказавшись в холе, эльф прислушался. Но информатор, кажется, не обманул его: в доме никого не было. Несколько дней назад хозяин особняка, вместе со слугами, уехал по делам за город и должен был вернуться завтра утром. Эльф начал подниматься по ступенькам крутой лестницы на второй этаж: то, что он искал, находилось там.
Поднявшись по лестнице, вор осмотрелся: тусклого света двух лун, проникавших в небольшое окошко в конце коридора, вполне хватало ему, что бы рассмотреть все детально. Несколько комнат, расположенных друг напротив друга, статуи, мягкие ковры √ обычная обстановка в доме зажиточного купца. Эльф напрягся: магическое чутье, присущее всем эльфам, подсказало ему наличие магии в дальней комнате, в конце коридора. Мягким, не слышным человеческому уху, шагом он подошел к двери. Осмотр замков удовлетворил его, магии на них не было, и вскоре эльф стоял в комнате.
В комнате он снова прислушался к своим чувствам. Чутье подсказало ему несколько слабых источников магии, ближайший из которых находился за картиной, почти возле двери. Сняв картину, эльф обнаружил, что за нею скрывался небольшой сейф. Осмотрев его, он обнаружил возле замка еще одну ловушку, выполненную явно тем же магом, что и ловушка на двери черного хода.
- Вот же скупердяй, - презрительно сплюнул эльф.
Сняв ловушку щупом, он принялся возиться с замком сейфа.
- Вот же черт, - выругался он десять минут спустя. √ Что б тебя┘
Не смотря на злость, в его голосе прозвучало уважение: замок был из самых лучших, открыть его будет непросто. Изнемогая и покрываясь потом, вор провозился с сейфом очень долго, и на востоке начали появляться первые признаки зари, когда, наконец-то, ему удалось открыть его.
За дверцей эльф увидел шкатулку, несколько увесистых кошелей на верхней полке и какие-то бумаги на нижней. Документы вора не заинтересовали, он потянулся к шкатулке, достал ее и открыл, а затем, довольно хмыкнув, положил в рюкзак. Взяв один из кошелей, эльф открыл его и принялся изучать содержимое: в тусклом свете лун заблестели серебряные полудинары. Он собирался уже, было, взять следующий мешочек, как на улице его внимание привлек стук колес и голоса, зазвучавшие прямо под окнами.
Подскочив в к окну, эльф аккуратно √ не дай бог, увидят с улицы √ отодвинул шторку и выглянул на улицу. Возле главного входа в здание стояла большая телега, доверху груженная ящиками и коробками. Рядом с повозкой суетились несколько слуг, готовясь разгружать ее.
- Что б вас┘, - эльф грубо матерился, наблюдая, как один из слуг направился к парадному входу. Через несколько минут они войдут в дом, и тогда┘
Эльф не стал дожидаться этого ╚тогда╩. Метнувшись к сейфу, он быстро сгреб шкатулку, оставшиеся мешочки, сунул их в рюкзак и поспешил к выходу.
Уже закрывая за собой черный ход, он услышал, как в двери парадного входа заскрипел, поворачиваясь, ключ. Эльф припустил во всю прыть, которую был способен, и через несколько минут оказался у городской стены. Городские укрепления походили больше на забор и носили, скорее, декоративный характер, ибо почти не охранялись, и эльф без труда перемахнул через них незамеченным, оказавшись в густых зарослях. Снова припустив бегом, он быстро достиг порта. Остановившись на мгновение, эльф прислушался и успокоился: шаги стражников, наверняка уже осведомленных о краже, отдавались очень далеко, и путь к его цели был свободен.
Через несколько минут он достиг ╚Пегаса╩. На борту его встретил ухмыляющийся капитан. Не говоря ни слова, он провел его на бак ладьи.
- Вот ваша каюта, - сказал капитан, открывая одну из дверей на полубаке.
Каюта, на удивление, оказалась очень чистой и удобной. Эльф расслабленно упал на мягкие подушки лежака.
- Отдыхайте, уважаемый, - сарказм так и звучал в голосе капитана. √ Мы выходим через два часа. Прошу Вас, так же, разделить со мной сегодня завтрак┘
И капитан, не дожидаясь ответа, вышел. Впрочем, эльф не настолько устал, что бы не заметить злого блеска в его глазах. Определенно, надо держаться на стороже. С этими мыслями эльф задремал.
Anton-11
ГЛАВА 2
В полдень следующего дня эльф сошел по трапу на каменную пристань в Лане.
- Удачного путешествия господину, - пророкотал за его спиной капитан ╚Пегаса╩.
Эльф не счел нужным ответить. Пройдя по набережной, он вышел за портовые ворота и оказался в самом городе.
Лан был не многим больше Лайи: шесть улиц, так же вымощенных красным камнем, три сотни добротных домов, бесконечные причалы, склады и пакгаузы. Вот только выглядел Лан побогаче, и развернуться здесь было где. Но, прежде всего, следовало зайди к старому приятелю. Точнее сказать, не совсем к приятелю и даже совсем не приятелю, но к человеку, обижать которого не следовало.
И, все же, эльф не пошел к нему сразу.
- Уважаемый, - спросил он у встречного, - вы не подскажете, где здесь ратуша? И где мне найти Гильдию Воинов?
- А, вон, - указал прохожий на высокий шпиль, возвышающийся над домами. √ Вон наша ратуша. И Гильдия рядом с ратушей √ соседнее здание┘
Поблагодарив, эльф направился в одну из улиц, удивляясь тому, что в городе было пустынно. Лишь изредка мелькала тень случайного прохожего, процокал копытами одинокий караван, да стражники, неторопливым шагом меряющие улицы. Да уж, сонное царство┘ Хотя, что с них возьмешь: сиеста.
Эльф свернул в один из переулков, настолько узкий и неприметный, что о его существовании, наверное, не знали даже местные жители. Оглянувшись, эльф быстро юркнул за ряд бочек и затаился. Впрочем, ждать ему долго не пришлось.
Вскоре, чуткое эльфийское ухо уловило звук шагов. Судя по всему, человек, шедший к месту, где спрятался эльф, был один. Эльф, на всякий случай, аккуратно выглянул и тут же спрятался назад: улица была пустынна, и по ней действительно шел тот, кого он ждал. Когда человек поравнялся с ним, эльф выскочил из укрытия, нанес сильный удар. Неизвестный упал, эльф, убедившись, что его никто не видел, затащил жертву в переулок.
Пройти даже несколько шагов, таща бесчувственное тело, неблагодарная работа, и эльф, добравшись до своего прежнего укрытия, бросил неизвестного на землю. Тот зашевелился и открыл глаза.
- Ты? √ удивленно спросил капитан ╚Пегаса╩, уставившись на эльфа.
- Я, - ответил тот, и это было последнее, что услышал моряк в своей жизни.
Блеснула вороненая сталь и капитан ╚Пегаса╩ провалился в небытие, из которого нет возврата. Вытерев клинок пучком травы, эльф выглянул на улицу. По-прежнему там было пустынно, и он, не прячась больше, широким шагом направился к своей цели. Через минут десять он стоял возле небольшого, но выглядевшего достаточно прилично, трактира ╚Усталый путник╩, расположившегося на восточной стороне большой площади.
Эльф постучал. Дверь ему открыл огромный детина.
- Что желает господин? √ спросил ╚привратник╩.
- Я желаю снять номер в вашем заведении. Мой путь был очень долог, уважаемый, и я очень устал, - эльф многозначительно посмотрел на охранника.
- У господина есть приглашения? - охранник понимающе кивнул.
Эльф достал из-за пояса кожаный кружок, с изображенным на нем драконом.
- Уважаемый может пройти, - сказал охранник, открывая дверь пошире.
Он посторонился, и эльф вошел.
- Кейм, - позвал охранник.
Из темноты прохода появилось еще двое громил.
- Проводите гостя к хозяину, - жестким голосом приказал охранник.
Он сделал приглашающий жест, и гость проследовал за охранниками по узкому коридору, через почти пустой зал таверны, в заднюю комнату на другом конце здания.
- Оружие, - сказал один из громил эльфу. √ Сдай оружие.
Гость без разговоров отстегнул от пояса меч и кинжал, протянув их охраннику. Тот проверил √ не осталось ли у эльфа еще какого оружия под одеждой √ и толкнул створки.
За дверью эльфа встретил приземистый старичок. Несколько секунд он рассматривал гостя, затем спросил:
- Кто таков?
Голос старичка звучал вкрадчиво, как говорит любящий дедушка с шалящими внучками. Эльф достал из-за пояса значок и протянул его старичку.
- Анариэль, - сказал эльф, √ из рода Клейн. Я прибыла засвидетельствовать вам свое почтение.
Старичок внимательно изучил значок, затем вошедшего и засмеялся.
- Здорово ты провела нас, - сказал он, вытирая слезы. Отсмеявшись, он вдруг снова стал серьезным. √ Я слышал о тебе. Слухи о твоих похождениях идут впереди тебя, твое описание не замедлит достигнуть и ушей капитана местной стражи.
Старичок проводил девушку в глубь комнаты и усадил в кресло. Затем позвонил в колокольчик, и через минуту слуга внес в комнату чай.
- Значит так, - продолжил старичок, когда слуга вышел. √ Я так понял, ты пришла не только засвидетельствовать мне свое почтение, верно? Так вот, дорогая моя, ты слишком известная личность, поэтому слушай мой первый приказ: никакой инициативы без моих распоряжений. Никаких выходов на задание, живешь, как простой человек. Ходишь по трактирам, посещаешь местные увеселительные заведения, знакомишься с достопримечательностями, местной жизнью и раз в неделю приходишь отчитываться передо мной. Понятно?
- Понятно, - ответила, опустив голову, девушка.
- И не дуйся, - усмехнулся старик. √ Станет с тебя еще приключений в жизни. Если тебе негде жить, можешь снять комнату здесь или в гостинице ╚Серебряный единорог╩ - весьма приличное заведение. А теперь можешь идти.
Анариэль кивнула, поклонилась и вышла на улицу. Оставаться в гостинице, известной как пристанище воров, значило привлечь к себе ненужное внимание, и девушка спросила у пробегавшего рядом мальчишки:
- Не подскажешь, любезный, где тут находиться ╚Серебряный единорог╩?
- А вон там, - кивнул мальчишка, показывая на двухэтажное здание на другом конце площади, расположившегося неподалеку от высокого шпиля городской ратуши.
Эльфийка сунула в руку мальчишке полудинар и направилась к гостинице.
На пороге девушку встретил угрюмый хозяин. Придирчиво осмотрев вошедшего, он впустил его внутрь.
- Чего желаете? √ недружелюбно спросил хозяин.
- Комнату, - последовал короткий ответ.
- Комната √ два динара день, десять √ неделя. За стол отдельная плата √ динар в день.
Анариэль без разговоров выложила на столик несколько монет. Хозяин сгреб деньги в фартук, взял в руки колокольчик и позвонил.
- Проводи гостя в его комнаты, - сказал он прибежавшему мальчишке-слуге.
Оказавшись в своей комнате, девушка должна была признать: гостиница была если не высшего класса, то, по крайней мере, достойной. Везде блюлась чистота и порядок, номер, в который ее поселили, был уютен, посреди комнаты стояла кровать, у стены небольшой шкаф черного дерева, комод, несколько стульев, на стенах висели несколько, радующих глаз, картин, на окнах √ мягкие занавески голубого бархата, а на полу мягкие ковры.
Обстроившись, Анариэль приступила к следующей задаче: знакомство с городом и его жителями. Первым местом, куда направилась девушка, была Гильдия Воинов, располагавшаяся между ратушей и самой гостиницей.
Был вечер, Гильдии стояла странная тишина. Старый слуга провел Анариэль в фехтовальный зал.
- Хорошо, давайте посмотрим, что вы умеете, - сказал мастер и глава Гильдии, выслушав девушку.
Надев маску и защитный доспех, Анариэль взяла в руки учебный меч.
- En Engel!*
Клинки со звоном скрестились, бой начался.
Минут через десять, мастер отступил, снял маску и отложил ее в сторону.
- Что же, - сказал он, - вы хороший боец, из вас получиться хороший мечник. Думаю, я смогу принять вас в Гильдию. Думаю, вы знаете, правила приема?
- Да, - ответила девушка. √ ╚Умри, но честь не запятнай!╩
Анариэль и мастер прошли в дальний конец зала, уставленный макетами, доспехами и оружием. Ознакомившись с необходимыми документами, подписав несколько бумаг и заплатив вступительный взнос, девушка покинула Гильдию.
Анариэль быстро изучила город, познакомилась со многими влиятельными людьми. Теперь она не была чужой в Лане. В перерывах между изучением местных достопримечательностей (прежде всего, домов наиболее состоятельных жителей), эльфийка все чаще стала наведываться в Гильдию Воинов. Тамошние мастера не даром слыли лучшими учителями в стране, за три месяца девушка многому научилась в искусстве владения мечом и стрельбе из лука. Постепенно, старый учитель сталь уделять способной ученице все больше и больше внимания, передавая ей секреты своего мастерства.
Не забывала Анариэль заходить и в Гильдию Воров. Старый вор, казалось, тоже изучал ее: каждый раз, он, казалось, проверял ее. Несколько раз он посылал девушку на незначительные задания или проверял ее уровень воровского мастерства, предлагая открыть особо изощренные ловушки и замки.
Три месяца, прошедшие со дня ее прибытия в Лан, протекли незаметно. К концу лета, в один из вечеров, когда все ученики уже разошлись, дверь в фехтовальную залу Гильдии Воинов распахнулась, и на пороге появился мальчишка-посыльный.
- Так, отлично┘, - слышался из глубины зала зычный голос. √ Теперь переход в полукруг┘ Блокируй удар┘ Вот так┘ Хорошо┘ Выпад!... А теперь контратака в квинтете┘ Отход назад┘ Блокировка с разворотом┘ Переход в трапецию**┘
Мальчишка с опаской прошел немного в глубь зала, спрятался за колонной и принялся осматривать зал. Посреди площадки расположились несколько макетов, на которых ученики отрабатывали приемы, за колоннами напротив стояли подставки с оружием и доспехами. Но не это интересовало посыльного: как завороженный, он смотрел на пару, одетую в учебные доспехи и сражавшуюся в конце зала. С потрясающей быстротой в воздухе мелькали учебные мечи, со звоном скрещиваясь, один из бойцов наступал, стараясь достать соперника. Впрочем, это получалось у него плохо: второй боец умело защищался, отражая удары и сам переходя в наступление.
- Стоп, достаточно, - сказал, наконец-то, один из них, судя по голосу √ мастер. √ На сегодня все.
Сняв маску, он положил ее на скамейку, туда же последовал учебный меч. Его соперник тоже снял маску, белые локоны рассыпались по плечам.
- В целом, ты неплохо справляешься, с защитой без щита, - продолжал мастер. √ Но ты слишком раскрываешься, делая выпад в квинтете. Любой достаточно опытный боец может воспользоваться твоей оплошностью, и тогда тебе придется уповать только на Всевышнего и доспехи.
Девушка что-то забормотала в ответ.
- Нет, нет, - ответил мастер. √ Не стоит рассчитывать на это┘
Тут он заметил мальчишку-посыльного, выглядывавшего из-за колоны.
- Кто таков? √ рявкнул он. √ Тебе чего надобно тут? Подслушиваешь?
Мальчишка, замирая от ужаса и страха, выбрался из своего убежища.
- Нет┘, - испуганно залепетал он. √ Как можно┘И в мыслях не было┘
- Чего надобно? √ повторил мастер.
- Письмо, - запинаясь, сказал мальчишка. √ Для госпожи Анариэль┘
- Давай его сюда, и проваливай.
Мастер вырвал из рук мальчишки письмо, посыльный, кланяясь и бормоча извинения, быстро засеменил к выходу. Девушка взяла из рук учителя письмо, сломала печать и быстро прочла его.
- У меня плохие новости, - сказала она, заметив внимательный взгляд учителя.
√ Помощь нужна? √ спросил мастер.
- Нет, спасибо, учитель. Я сама справлюсь.
- Смотри, мне не хотелось потерять лучшую из своих учениц.
- Не переживайте, учитель, я еще вернусь.
- Надеюсь, - сказал мастер.
Он помог снять девушке доспехи и проводил ее к выходу.
- Надеюсь, мы с тобой еще встретимся, - проговорил мастер так тихо, что даже чуткое эльфийское ухо не услышало его.
Анариэль вышла на набережную и несколько минут стояла, смотря на реку. Несколько ладей держали курс на юг, около двадцати судов стояли у причала, сновали по улицам люди, несколько телег прогрохотали по мостовой к причалам. Прохладный вечерний ветер приятно холодил лицо, снимая усталость, девушка закрыла глаза и несколько минут стояла, забыв обо всем на свете. Затем, взяв себя в руки, она решительным шагом направилась к ╚Усталому путнику╩.
Глава Воровской гильдии уже ждал ее: охранник без разговоров провел ее в знакомую комнату. Помимо старичка, в комнате находился еще какой-то человек, больше похожий на солдата, чем на вора.
- А вот и наша гостья, - улыбнулся старичок, поднимаясь на встречу Анариэль. √ Проходи, дорогая, проходи, у меня для тебя есть работа┘
Anton-11
ГЛАВА 3.
- Ты знаешь дом Карета? √ спросил старичок.
- Знаю, - ответила Анариэль, - он находиться в юго-восточной стороне города, возле порта.
Карет, сколотивший состояние на торговле тканями и одежды, был известен в деловых кругах как человек сомнительной репутации. ╚Доброжелатели╩ купца поговаривали о его связях с контрабандистами, пиратами и работорговцами.
- Ты самый лучший у нас специалист по ловушкам и замкам, - продолжал, кивнув, старичок. √ Некому человеку нужно кое-что, находящееся в доме Карета┘
Глава Гильдии достал откуда-то из под стола лист бумаги и разложил ее на столе. Анариэль, старичок и неизвестный склонились над столом.
- Смотрите, - неожиданно заговорил гость. Голос у него оказался под стать лицу: столь же грубый и неотесанный. √ Это план дома Карета. То, что нужно мне... То есть клиенту-заказчику находиться тут, в холе, на первом этаже, - палец неизвестного ткнул в конец плана. √ Тут находиться тайник┘
Он выпрямился и посмотрел на собеседников.
- Мне безразлично, кто пойдет со мной, - продолжал он, обращаясь, скорее к старичку, чем к Анариэль. √ Мне важен результат. Брать нужно только то, что лежит в тайнике и ничего больше. И сделать это надо не откладывая, сегодня ночью┘
Старичок, с неожиданной ловкостью подскочил.
- Ты┘, - резко прошипел он. √ Не указывай, что мне делать! Ты делаешь свою работу, а я свою! Если я взялся выполнить поручение твоего хозяина, то я выполню его! Какой ценой √ уже не важно! Ты, главное, деньги приготовь!!!
Гость оттолкнул хозяина комнаты. Ухмылка обезобразила его, и без того изуродованное лицо.
- Выполнишь, да? Ну-ну!!! Хотелось бы посмотреть!!!
- Не бойся, выполню! А теперь угомонись, мне надо дать указания своему человеку, а ты мне мешаешь!
Незнакомец ухмыльнулся еще раз, но все-таки сел в кресло. Старичок кивнул, и повернулся к Анариэль.
- На задание вы выходите вместе, - сказал он. √ В полночь вы должны быть уже на месте. Ты заходишь в дом с черного хода. Заходишь одна, он тебя прикрывает, - старичок кивнул в сторону гостя, - и ждет тебя у входа. Ты берешь только то, что лежит в тайнике, и возвращаешься к нему, - он снова кивнул в сторону незнакомца, - отдаешь ╚товар╩, получаешь плату √ пятьсот динаров √ и возвращаешься сюда.
Теперь, что касается ловушек на дверях и замков. Ловушки ставил боевой маг местной Гильдии Магов, и уж не поскупился на их силу: на дверях, и на тайниках стоит Зеркальный Щит. Знаешь такое?
- Знаю, - ответила Анариэль, - сталкивалась. Справлюсь.
- Хорошо, - продолжил старичок. √ На двери, кроме Зеркального щита, стоит еще механическая ловушка: при открытии замка не стандартным ключом, нежелательный гость может нарваться на арбалетный болт. Других ловушек нет, замки работы местных мастеров-гномов, обычной сложности и обычными сюрпризами, открываться простой отмычкой. В доме никого не будет: ни слуг, ни охраны, ни собак. Вопросы?
Анариэль отрицательно покачала головой.
- Тогда можешь быть свободной. В полночь встречаетесь у дома Карета.
Анариэль кивнула и вышла.
Оказавшись на улице, девушка перешла через площадь и несколько минут постояла перед дверью гостиницы, размышляя. Дело ей не нравилось, от него за лигу несло опасностью. Что-то и глава Гильдии, и неизвестный недоговаривали. Да тут еще странная сора между ними. Нет, тут что-то нечисто.
Анариэль потянулась, усталость дня и несколько часов фехтования давали о себе знать. Девушка еще немного подумала и толкнула дверь в гостиницу: надо было отдохнуть перед выходом на задание.
- Разбуди меня за час до полуночи, - попросила она девушку-служанку, поднявшись в свой номер.
Повалившись на кровать, девушка сразу погрузилась в глубокий сон. Черная пелена окутала ее сознание, во сне она видела, как какая-то странная тень преследует ее по улицам города. Анариэль изо всех сил старалась убежать от нее, скрыться от неведомой опасности, но каждый раз, оборачиваясь, она видела, что тень не отстает, но и не приближается, а лишь неотступно следует за ней. Девушка побежала, выбежав на набережную, хотела, было прыгнуть на борт стоявшей у причала ладьи, но та вдруг исчезла, и она с размаху плюхнулась в холодные воды реки. Анариэль почувствовала, что идет ко дну, но тут чья-то рука схватила ее за шиворот и она проснулась.
Над нею склонилась служанка, тряся за плечо.
- Сударыня, - тихо позвала девушка. √ Уже одиннадцать.
Поблагодарив служанку, девушка быстро собралась и за десять минут до назначенного срока была на месте. Странный гость главы Воровской гильдии уже ждал ее.
- Все чисто, я проверил, - сказал он.
Не смея сомневаться, Анариэль, все же обошла не только вокруг дома, но и заглянула в ближайшие переулки. Достаточно далеко от них протопал к порту патруль, несколько пьяных, шатаясь, пытались добраться от одного трактира к другому, парочка всадников, гарцующих на центральной площади города √ вот и все, что увидела девушка. В самом доме стояла абсолютная тишина, ни шороха, ни звука не чувствовалось за его древними и могучими стенами. И все же, Анариэль не могла отделаться от странного предчувствия, да и ее напарник, по-прежнему, не внушал ей доверия.
Впрочем, тот, словно чувствуя неприязнь девушки, держался немного поодаль и не пытался мешать ей. Наконец-то, закончив осмотр, девушка подошла к нему.
- Идем, - сказала она.
И, не дожидаясь какой-либо реакции с его стороны, девушка нырнула на задний дворик, укрытый от нескромных взглядов, к черному ходу. Напарник, не отставая, последовал за ней.
На заднем дворе, кроме нескольких ящиков, бочек и полуразвалившейся телеги, так же никого и ничего не было, и девушка склонилась над замком.
- Смотри по сторонам, - не скрывая неприязни, буркнула Анариэль. √ Если, не дай бог, прошляпишь, то я тебя первым прирежу.
- Ты свое дело делай, - столь же недружелюбно ответил незнакомец, - а за меня не переживай. Я свое дело знаю.
Он достал из под плаща меч, и устроился за одним из ящиков. Не смотря на неприязнь, девушка, все же, не могла не признать правильность его действий: с того места, где расположился ее партнер, просматривались все окрестности, и никто и ничто не могло застать их врасплох. Одобрительно кивнув, она снова наклонилась над замком.
Теплое течение чужой магии она ощущала уже давно. Сосредоточившись, Анариэль направила ладони к тому месту, где она ощущала Силу. Что-то мягкое и упругое ударило ее и девушка чуть не упала. Тихо ругнувшись, Анариэль открыла сумку и достала магический щуп.
Ловушка на замке действительно была Зеркальным Щитом, самым хитрым и коварным заклинанием из арсенала защитной магии. Большинство жителей ставили на свои двери обычные заклинания, просто убивавших или наносившим тяжелые ранения тому, кто пытался открыть замок без согласия его хозяина. Достаточно опытный вор, при определенном везении, мог снять такую ловушку.
Зеркальный Щит же, изобретение боевых Магов Воздуха, отражал, словно зеркало свет, любое усилие, направленное против охраняемого объекта √ будь-то простое дуновение ветра, поворот щупом, удар, да вообще, что бы то ни было √ назад, к источнику этого усилия. Вот только возвращалось это действия усиленное во много раз, нанося незадачливому вору серьезные травмы. Такое заклинание было, практически, вечным, ибо черпало магическую энергию из окружающего мира, и образовывала для нежелательного вора замкнутый круг: что бы снять его, требовалось приложить определенное усилие, а что бы приложить усилие, надо было снять заклинание. Зеркальный Щит стоил очень больших денег, снять мог только хозяин или вор, владеющий хотя бы начатками магии.
Анариэль установила щуп в щель, и опять получила удар, правда не такой сильный. Не обратив на него внимания, девушка очертила вокруг ловушки магический круг, прошептала, и в щели что-то замигало: доступ магической энергии к ловушке был перекрыт. Теперь внутренних запасов Силы должно было хватить ловушке ненадолго, и девушка повернула щуп. Магический щуп замигал, принимая в себя основную энергию ловушки. Девушка повернула щуп еще несколько раз, щель мигнула тусклым светом в последний раз и потухла: Зеркальный Щит был снят. Теперь наступала череда механической ловушки и замков. Девушка достала отмычки, несколько странных предметов продолговатой формы. Наклонившись над дверью, Анариэль сделала несколько движений и замок щелкнул, открываясь.
- Готово, - позвала девушка напарника.
- Ну, ты даешь, - сказал мужчина, уважительно смотря на хрупкую девушку. √ Впечатляет┘
- Да ладно, - Анариэль стало вдруг почему-то приятно признание незнакомцем ее талантов, хотя она по-прежнему ему не верила. Она тряхнула головой, беря себя в руки. √ Идем в дом┘
Толкнув дверь, они оказались в обширном холе, тускло освещенном слабым лунным светом.
- Тайник находиться вон там, возле статуи бога Лайдида, - сказал незнакомец, показывая куда-то в другой конец залы. √ Открываешь его, берешь все, что там есть и возвращаешься сюда: я буду стеречь вход, дабы нам не помешали ненароком. Кроме тайника, больше ничего не трогаешь, понятно?
- Понятно, - буркнула девушка.
- С богом, - кивнула незнакомец.
Анариэль быстро нашла тайник: небольшой сейф, спрятанный за статуей. Заклинание и замки на сейфе были такими же, как на входной двери, только заклинание было послабее. Анариэль подивилась людской неосмотрительности: если вор смог снять внешнюю защиту, то внутри его должны ждать куда более серьезные сюрпризы, а не простые заклинания.
Как бы там ни было, девушка быстро справилась с сейфом и открыла его. Внутри лежали только две шкатулки. Подхватив их, девушка быстро вернулась к напарнику.
- Это как раз то, что нужно, - удовлетворенно сказал тот, изучив содержимое добычи. √ Уходим┘
Но уйти им не удалось: снаружи раздался какой-то звук. Парочка недоуменно посмотрела друг на друга, затем Анариэль выхватила меч.
- Ах, ты тварь! - рявкнула она. √ Я убью тебя!!!
- Да помолчи ты, - недовольно поморщился напарник. √ Потом разберемся, когда выберемся┘
Сунув в руки опешившей девушки шкатулки, он приоткрыл дверь.
- Жди тут, я быстро, - и не дожидаясь, когда Анариэль прейдет в себя, мужчина вынырнул на улицу.
- А, ну стоять!!! √ голос девушки был похож на рык разъяренной пантеры.
Она выскочила на улицу и остановилась, недоуменно оглядываясь: всего на пару секунд отстала от напарника, но тот исчез, как будто сквозь землю провалился. Ее оцепенение продлилось недолго: снова раздались странные звуки, похожие на скрип железа, и девушка, бросив на землю шкатулки и приняв боевую стойку, повернулась к ящикам. Перед нею, словно призрак, вырос стражник со значком капитана.
Размышлять было некогда, Анариэль сделала выпад мечом. Стражник оказался человеком опытным и, уйдя немного в сторону, блокировал удар. Эльфийка попробовала снова атаковать, капитан снова ушел от атаки. Атакуя, девушка совсем упустила из виду тень, мелькнувшую за ее спиной, что-то длинное и тяжелое мелькнуло сбоку. Анариэль попыталась блокировать удар, но меч только скользнуло по алебарде, сильная боль пронзила ее и девушка погрузилась в небытие┘
Anton-11
ГЛАВА 4.
- Что б тебя черти взяли! √ рычал грубый голос. √ Я же приказывал взять живым! Живым и невредимым! Какого лешего ты полез туда, куда тебя не звали? Я бы с этой шлюшкой сам справился!!!
Голос неприятно отдавался болью в голове, тело ныло, как от побоев, что-то неприятно подталкивало в бок. Анариэль с трудом разлепила глаза. Глубокая ночь темным покрывалом накрыла ее, но эльфы видят в темноте лучше кошек, девушка, преодолевая боль, попыталась рассмотреть, где она находиться.
- А, ну лежи смирно! √ сказал другой голос, не такой грубый.
Эльфийка не стала спорить и повалилась обратно на телегу. Да, как не прискорбно и унизительно для эльфа, но ее, как последнюю потаскушку, везли в кандалам, прикованной к простой крестьянской телеге. Вокруг повозки на лошадях ехало несколько воинов в легких доспехах, рядом пешим шел какой-то человек, судя по одежде и значку на груди, воинский лекарь, неподалеку возвышалась мощная крепость. Форт Нейми, крепость, охраняющая город и торговые пути, твердыня Тайного ордена, каторжная тюрьма, ╚Обитель смерти╩, ╚Пристанище дьявола╩, ╚Замок Сатаны╩... Много, ох много прозвищ у тебя среди ночных братьев форт Нейми. Анариэль тихо застонала.
- Эй, капитан, - позвал голос, принадлежавший, судя по всему, лекарю. √ Клиент пришел в себя.
Грубый голос, отчитывающий и распекающий кого-то из солдат, замолк. Черная на фоне темного неба фигура на вороной лошади заслонила от девушки остальной мир. Лицо капитана наклонилось над ней, улыбаясь, и Анариэль узнала того самого незнакомца, с которым они этой ночью (господи, как это было давно, кажется, целую вечность) проникли в дом купца Карета.
- Слава тебе, всевышний и всемилостивейший Лайдид, - с иронией проговорил он. - Я уже надеялся на худшее, но видно, не судьба господу услышать мои молитвы.
Анариэль зашипела разъяренной кошкой. Рывок, но проклятые кандалы впиваются в кожу, причиняя лишь сильную боль и отбирая остатки сил. Да, кажется, ее палачи предусмотрели все √ кандалы то не простые, а магические, и призвать на помощь магию она не сможет.
- Что, хочешь укусить, а не можешь? √ с ехидством прорычал капитан. √ Ладно, оставлю я тебя в покое, а то ты, гляди, на ╚нет╩ изойдешь от злости. И не старайся освободиться! Надеюсь, ты поняла, что это бесполезно? Так, что побереги силы для капитана Вейль, он с тобой пообщаться хочет.
И капитан, пришпорив коня, понесся вперед, к крепости, чьи стены уже нависали темной громадой над маленьким отрядом. Девушка закрыла глаза, откинулась на повозку, застонав от бессилия и ненависти.
Тем временем, грунтовая, разбитая многими тысяч колес, подков и людских ног, дорога сменилась каменной мостовой. Колеса телеги прогрохотали по гравию, повозка въехала в форт и остановилась. Стражники бесцеремонно вытащили Анариэль, грубо поставили ее на ноги, накинули на голову мешок и поволокли куда-то.
- Пропуск! √ проревел через минуту грубый голос какого-то солдата.
Солдаты остановились, кто-то прогромыхал кованными сапогами, раздался шелест бумаги, затем наступила тишина, прерываемые лишь сопением, воем ветра между зубцами стен и завыванием степных волков.
- Проходите, - сказал, наконец-то, солдат. √ Второй коридор направо.
- Спасибо, капрал, - сказал капитан.
Скрипнула дверь, Анариэль подхватили под руки и снова поволокли. Прохладный воздух летней ночи сменился затхлым воздухом казармы, солдаты протащили девушку несколько десятков шагов, свернули направо и остановились.
- Документы, - снова остановил их грубый голос.
Снова зазвучали шаги, шелест бумаги, скрип открываемых дверей и решеток.
- Проходите, - сказал голос. √ Жек, проводи гостей. Четвертая камера.
Прямой коридор сменился крутым спуском, замогильным холодом потянуло из подземных казематов. Наконец-то, бесконечный спуск закончился и они остановились. Заскрипел, поворачиваясь в замке ключ, щелкнула, открываясь, дверь. Девушку затолкали в какое-то помещение, сняли мешок и грубо толкнули на ложе, представляющее собой кучу соломы, брошенной на каменный пол.
- Спокойной ночи, - сказал насмешливо знакомый голос.
Девушка повернулась, но дверь уже закрылась, оставив ее один на один с самой собой. Привыкнув к мраку, девушка принялась осматривать камеру.
Мрачные, покрытые грязными потеками стены окружали ее. От девушки к стене напротив было два шага, от входа к зарешеченному окошечку √ не больше пяти. Металлическая дверь надежно отгораживала Анариэль от остального форта, магические кандалы по-прежнему сковывали ее движения, в узкое окошко в камере не пролез бы даже воробей, и девушка устало повалилась на солому. Ярость окутывала ее суть, Анариэль никак не могла себе простить, что так глупо попалась.
╚Я убью тебя, - твердила она. √ Ты умрешь самой страшной смертью┘╩
Не смотря на клокотавшую ярость, девушка, незаметно для себя, погрузилась в неспокойный сон. Странные, ускользающие сны преследовали ее всю ночь, но она так и не запомнила ни одного из них┘
┘ Утром, с первыми лучами восходящего солнца, скрип открываемой двери заставил Анариэль подскочить на неудобном ложе. В дверях стоял стражник, держа в руках дымящуюся кружку и ломоть хлеба. Ни говоря ни слова, солдат поставил завтрак на пол перед девушкой и вышел.
Короткий сон помог Анариэль собраться с мыслями. Понимая, что злость плохой советчик, девушка взялась за кружку, приятно пахнувшую мясным отваром, и приступила к завтраку, погрузившись в размышления. Что-то подсказывало ей, что произошедшее с ней вчера вечером и этой ночью, не просто арест за нарушение закона, и ей стоит ждать иного продолжения, чем суд и казематы. Вот, только, что ей собирался предложить капитан Вейль?
Капитан Вейль┘ Глава контрразведки империи, вторая рука в Тайном ордене и в стране┘ Что ему нужно от простой девушки-вора? Нет, конечно, Тайный орден пользовался окольными путями услугами разнообразных гильдий, в избытке расплодившихся в стране, но он не занимался банальными уголовниками. Такими, к примеру, как она. Для этого существовала Имперская стража┘
Дверь открылась, прерывая ее размышления. Двое стражников, ввалившиеся в камеру, бесцеремонно подхватили ее под руки, снова надели на голову мешок и потащили по бесконечным лестницам, коридорам и переходам. Наконец-то, открыв очередную дверь, стражники столкнули девушку в какое-то помещение.
- Можете идти, - сказал приятный, бархатный голос.
Потянуло сквозняком, хлопнула дверь и девушка почувствовала себя свободной.
- Можете снять мешок, - прозвучал голос чуть насмешливо.
Девушка поспешила выполнить приказ, яркие лучи солнца ударили ей в лицо, заставив зажмуриться. Вскоре зрение вернулось к ней и Анариэль смогла разглядеть помещение, куда ее приволокли против ее воли. Хотя, впрочем, разглядывать было почти нечего: голые, каменные стены, доспехи и оружие в углах, каменные столбы, простой, дубовый стол, стоявший посреди комнаты. И человек в легкой пластинчатой кольчуге, стоявший у стола.
- Проходите, садитесь, - сказал мужчина.
Анариэль не посмела ослушаться обладателя столь властного голоса и присела на край стула. Мужчина обошел стол и остановился напротив девушки. Несколько минут он изучал ее, затем открыл тайник, достал оттуда несколько бумаг и бросил перед девушкой.
- Читай, - сказал он.
Анариэль углубилась в чтение. Через несколько минут она вдруг задрожала, руки предательски дрогнули и бумага посыпалась на пол. Девушка обхватила голову руками.
- Нет, нет┘, - прошептала она.
Мужчина незаметно кивнул кому-то, стоявшему за ее спиной.
- В каземат ее!
Неизвестный подхватил девушку, надел на голову мешок и выволок ее в коридор.
И снова маленькие, нависающие над головой, грозящие раздавить стены камеры, свист ветра в окошке, вонючая подстилка несвежей соломы. Анариэль усмехнулась. Да, Вейль прижал ее так, что не выкрутишься. Вся ее жизнь, по минутам и по секундам, была разложена в этих нескольких листках. Детство, юность, изгнание из родных краев, ╚учеба╩ в воровской гильдии, каждое дело, на которое она ходила, несколько убийств и нелицеприятных поручений √ все это было подробно изложено в скупых донесениях агентов Тайного ордена. Но, было там и еще кое-что.
Она не боялась ни огромных штрафов, положенных за ее преступления, ни каторжных работ, которым подвергался каждый, кто не мог или не хотел платить штраф, ни даже смерти. Да и Вейль не угрожал ей этим, прекрасно понимая, что это бесполезно. На карту была поставлена честь. Причем, даже не сколько ее честь, сколько честь всего рода, к которому она принадлежала.
Много лет назад, будучи еще молодой и неопытной девчонкой, она сделала одну большую глупость. Что это была именно глупость, она поняла уже потом, много лет спустя, но изменить ничего было нельзя: что сделано, то сделано и назад его не воротишь. Она не перенесла бы позора, легшего, по ее милости, и на нее саму, и на ее род, и, поэтому, позаботилась, что бы никто и никогда не узнал ее тайну. Несколько человек, которые могли бы пролить свет на произошедшее, были убиты или пропали без вести, Анариэль считала себя в безопасности и тут...
- Эй, стражник!!! √ девушка изо всех сил забарабанила в обитую железом дверь.
Окошко в камеру отворилось.
- Чего тебе? √ стражник недружелюбно смотрел на нее сквозь прутья решетки.
- Отведи меня к капитану Вейль, - попросила девушка.
Скрипнула, открываясь, дверь. Стражники вывели ее в узкий, каменный коридор, в который раз за день накинули на голову мешок, и через десять минут Анариэль стояла перед начальником контрразведки.
- Я так понимаю, что вы хотите, что бы я работала на вас? √ без предисловий спросила она.
- Да, - ответил капитан.
- Вы не оставляете мне выбора, но все же мне хотелось знать: что я получу взамен своего согласия?
- Вот это уже другой разговор, - морщинки капитана разгладились. √ Надеюсь, условия будут выгодными для обеих сторон, - капитан снова улыбнулся. √ Вы получаете прощения за все ваши прежние преступления, а также за те, которые совершите в будущем. Взамен, вы будете периодически выполнять то, что мы вас попросим.
- И только? √ сарказм прозвучал в голосе Анариэль.
Капитан наклонился, всматриваясь в лицо девушки.
- За каждое удачно задание, вы будете награждаться соответственно, - ответил он. √ И, помимо прочего, у тебя будет шанс сделать карьеру в Ордене.
Анариэль снова почувствовала, как земля уходит из под нее ног. Карьера в Ордене! Это был шанс! Шанс, который упускать было нельзя. Вейль, не смотря ни на что, был человеком чести и слова, свои обещания он выполнял всегда.
- Уговорили, - ответила, улыбнувшись, Анариэль.
- Вот и ладненько, - сказал Вейль. √ Значит так, слушай дальше: ты живешь, как жила раньше. Раз в неделю ты будешь отчитываться перед капитаном Сайр √ это тот самый, что арестовал тебя, - Вейль сделал вид, что не заметил, как перекосилось от злости лицо девушки. √ Если у тебя возникнут какие-то проблемы, то обращаться будешь непосредственно к нему. Если ты понадобишься, то Сайр даст тебе знать. Город тебе покидать без его или моего разрешения запрещено. Все понятно?
- Да, - ответила девушка.
- Кстати, позволь поблагодарить тебя за отлично выполненное задание, - продолжил капитан, показывая на уже знакомые девушке шкатулки. √ Вот твое вознаграждение √ пятьсот динаров, как и обещали.
На стол перед девушкой легли два приличных мешочка. Капитан дал сигнал и откуда-то из-за колоны возник слуга с двумя бокалами.
- За сотрудничество? √ предложил Вейль, беря один из бокалов.
Анариэль нехотя взяла бокал, отхлебнула вино, сознание ее помутилось, и она снова провалилась в небытие.

Страницы: [1]2

Общежитие прозы -> Рассказы Anton-11





Проститутки Киева | Эротический массаж в Москве